5 историй советских вундеркиндов, которых не пожалела жизнь

Рассказываем о детях, на которых родители, школа и государство возлагали большие надежды. Но что-то пошло не так.

Почему умный — это вовсе не обязательно успешный, а успешный — не всегда счастливый? На эти вопросы можно ответить, если чуть ближе познакомиться с судьбами советских ребят, которых некогда считали вундеркиндами.

Савелий Косенко

Савелий Косенко — сын математика и преподавателя физики. Мальчик начал читать в 2 года, в 3 легко складывал и вычитал в уме пятизначные числа, а в 7 писал программы за компьютером.

Он схватывал информацию буквально на лету, так что в его академических успехах никто не сомневался. В 11 лет он блестяще окончил школу и поступил в институт.

Казалось бы, все должно было идти как по маслу. Но у медали была обратная сторона.

Савелий не понаслышке знал, что такое буллинг.

В школе меня травили и унижали ученики с подачи учителей. Поэтому родители предпочли заниматься со мной на дому. Учительница сразу объяснила одноклассникам, что я еврей и что можно на мне «ездить»,

— вспоминал Савелий в интервью «Московскому комсомольцу».

Несмотря на былые трудности, юноша успешно окончил институт, обзавелся друзьями и хорошо устроился в жизни: переехал в Канаду, стал директором нескольких маркетинговых компаний, женился и обзавелся двумя детьми.

О детстве Савелий вспоминать не любит, да и на родину больше не приезжает.

Ника Турбина

В 80-е годы имя этой девочки не сходило со страниц СМИ. Все в один голос твердили, что в стране появилась новая талантливая поэтесса.

Впервые о 9-летней Нике и ее стихах написали в «Комсомольской правде». Маленькая девочка с недетской судьбой, субтильная, тревожная, страдающая от астмы, Ника сочиняла ночами стихи, которые трогали сотни тысяч людей.

Первый сборник стихотворений «Черновик» вышел в издательстве «Молодая гвардия» за несколько дней до десятилетия Ники.

Как и полагается поэтессе, она была отлична от своих сверстников.

По словам ее бабушки, Людмилы Владимировны Карповой, Ника переживала из-за своей инаковости, хотела быть такой же, как и все. Понимала, что для этого она должна жить обычной жизнью.

Но не писать стихи не могла, говорила, что слышит в них Бога.

Взросление далось Нике нелегко, с годами ее судьба становилась все более и более драматичной: в 1990 девушка пережила нервный срыв, пристрастилась к алкоголю, чуть позже вступила в гражданский брак с психиатром, которому на тот момент было 76 лет.

Знакомые отмечали, что девушка умела только одно — писать стихи, в плане быта была беспомощной и страдала от этого.

Ника близко общалась с поэтом Евгением Евтушенко и очень переживала, когда по его инициативе их общение прекратилось. Объясняя причины своего поступка, Евтушенко был краток:

Она сама виновата, не выдержала своей славы… Я сделал все, что мог. Я дал ей шанс.

(из книги библиографа Александра Ратнера «Тайны жизни Ники Турбиной (Я не хочу расти...)

По версии историка, библиографа Ратнера, в какой-то момент Ника бросила творчество, и эту работу делали за нее мама и бабушка. К такому выводу Ратнер пришел после графологического исследования оригиналов стихотворений Турбиной.

Нельзя сказать наверняка, бросила ли Ника творчество, но одно известно точно — девушка сама разрушила свою жизнь.

Когда ей было 27, она сорвалась вниз с подоконника и погибла.

Сестры Князевы

Сестры-вундеркинды Князевы — жертвы родительских амбиций. Их мать, Юлия Князева, кандидат педагогических наук, была охвачена идеей быстрого развития.

Всего за 5 лет благодаря ей девочки освоили школьную программу. Сразу после этого поступили на экономический факультет Финансовой академии при Правительстве России и окончили вуз в 13 и 14 лет.

А затем девочки столкнулись с проблемой: подростков в экономисты не брали — маленькие еще.

Пришлось отложить работу и получить второе высшее образование, на этот раз юридическое. По плану мамы после этого девочек должны были взять на самые престижные должности.

В 15 и 16 лет девочки получили магистерские степени в Стэнфорде — и их знания вновь никому не пригодились.

Устроить профессиональную жизнь им удалось существенно позже, только после окончания докторантуры бизнес-школы «Стерн» Нью-Йоркского университета.

Как и многие дети-вундеркинды, сестры Князевы страдали от нехватки друзей. Об этом они рассказали в 1998 году в интервью «Коммерсанту».

Сестры сокрушались, что общаться со сверстниками им было неинтересно, а со взрослыми пока рано.

Мама девочек не сильно переживала по этому поводу. Она буквально слепила из своих дочек вундеркиндов и хотела для них блестящей карьеры. Даже имена дочкам дала непростые — Анжела и Диана, рассчитывая на то, что у них будет необычная судьба.

«Московский комсомолец» пытался связаться с девушками в 2014 году, но они не вышли на связь: «Сегодня они наотрез отказываются общаться с российскими журналистами. По слухам, девочки обиделись, что в родной стране их не поняли и не приняли».

Известно, что девушки мигрировали в США и сейчас работают там финансистами. У Князевых сложилась карьера, но неизвестно, есть ли в ней место семейному счастью. К тому же девушки больше не дают интервью — не потому ли, что им больше нечем похвастаться?

Павел Коноплев

Паша Коноплев родился в 1971 году. Спустя 3 года научился считать, чуть позже приступил к чтению.

… в нашей жизни появился маленький сын Паша, и как начал нас удивлять! Мои затверженные знания пригодились — мне было о чем говорить с умным сынишкой,

вспоминала мама Паши, Наталья Коноплева, в книге «Вселенная Паши Коноплева».

У семьи Паши не было возможности отправить сына в специализированное учебное заведение, где бы мальчик мог учиться увлеченно и общаться с такими же гениями, как он.

Поэтому он посещал обычную школу, скучал на уроках и страдал от неустроенного общения с одноклассниками.

Ребята презирали его или вовсе не желали общаться с ним.

В 15 лет Паша поступил в университет, в 18 — стал депутатом.

Судьба юноши трагична: он сошел с ума, не выдержал давления общества и рано погиб — в 29 лет.

Все это мама Паши рассказывает в блоге, который полностью посвятила ушедшему сыну.

Полина Осетинская

Полина рано проявила музыкальный талант: начала играть на пианино в 5 лет, в 6 уже давала концерты, а когда ей было 8 — знала 30 часов музыкальных произведений наизусть.

Всем этим она обязана своему отцу, Олегу Осетинскому. Олег посвятил своей дочери все свое время. Он, вдохновившись примером Леопольда Моцарта, заставлял дочку репетировать и днем, и ночью, давил на нее, воспитывал кнутом, добиваясь все больших и больших результатов. Полина мужественно терпела муштру долгих 6 лет, а потом не выдержала и сбежала.

В 13 лет девочка оказалась на улице. Полине было некуда идти:

К бабушке было нельзя, в мамины комнаты в коммуналке тоже. Отец повсюду разослал агентов, карауливших места, в которых мы могли появиться. Начались преследования, звонки, угрозы меня убить,

— позже рассказала она в СМИ.

Девочка пряталась дома у знакомых. Позже удалось воссоединиться с мамой: некоторое время они вместе скрывались в интернате.

Однажды Полина сказала матери:

Мама, ты не волнуйся. Я все равно стану настоящим музыкантом. Только тебе придется немного подождать.

Девушка нашла в себе силы преодолеть унижения и дойти до конца — стала всемирно известной пианисткой. Более того, повзрослев, Полина решилась открыть цену своего успеха и написала автобиографическую книгу «Прощай, грусть», в которой она подробно рассказала об отцовских унижениях.

Несмотря на боль, которую пришлось испытать, в интервью для «Радио Свобода» Полина заявила, что без отца она бы не научилась выживать:

Когда меня спрашивают: «Не жалеете ли вы о том, что у вас не было детства?», я говорю, что нет, не жалею. Потому что, конечно, отец дал мне профессию, дал мне очень большую школу выживания.

Фото: Shutterstock.com, www.visualrian.ru, семейный архив Натальи Коноплевой, Instagram @polinaosetinskaya, ok.ru

Семейный гороскоп