Рассказываем, что движет людьми, которые берут в семью приемного ребенка (нет, это не пособие от государства). Диана Машкова, журналист, основатель клуба «Азбука приемной семьи» фонда «Арифметика добра», мама четверых детей (трое из которых приемные) специально для «Летидора» написала колонку, в которой описала самые распространенные мотивы, по которым люди берут в свои семьи детей из приютов.Вопрос мотивации усыновителей и приемных родителей не такой уж простой, как может показаться на первый взгляд. Потому что вряд ли найдется хотя бы одна семья, у которой есть единственная причина: как правило, это довольно сложный сплав.Взять, к примеру, нашу семью. Мы, когда приняли решение об усыновлении, во-первых, хотели помочь ребенку, который лишился родителей. Во-вторых, у нас давно зрели планы по расширению семьи. В-третьих, это был некий личный вызов самим себе — достаточно ли мы сильны? Кто-то покоряет Эльбрус, чтобы найти ответ, нам ближе оказался другой способ. В-четвертых, у нас появилась возможность делиться, и хотелось направить свой ресурс в максимально востребованное русло. Было еще и в-пятых, и в-шестых, всего не перечесть. Поэтому говорить «одна семья — один мотив» заведомо неверно. По мнению психологов, существует не менее 50 разных мотиваций, которые к тому же сочетаются и переплетаются между собой. Но вот самые простые группы мотивов все-таки можно рассмотреть — и они довольно универсальные. Когда мы с коллегами были на стажировке в Великобритании и посещали различные благотворительные организации, помогающие семейному устройству детей-сирот, речь не раз заходила о так называемом портрете приемного родителя и его мотивах. Оказалось, там все почти так же, как и у нас.Это логично. Ресурс воспитать ребенка-сироту появляется, когда семья уже справилась со своими собственными проблемами. Есть такое выражение «на тонущий корабль пассажиров не берут» — оно очень верно в отношении усыновления. Когда, условно говоря, в собственной жизни нет никакого благополучия, речи о сиротах просто не пойдет. Нужна стабильность. Ну и вторая особенность — это люди с довольно высоким уровнем эмпатии, ни в каком проявлении не страдающие ксенофобией. И это тоже понятно.На этом, на мой взгляд, общие черты приемных родителей заканчиваются. Все остальное совершенно индивидуально. Особенно мотивы. И все же главные ответы на вопрос «Зачем?» можно поделить на несколько условных групп.Желание иметь ребенка Еще не так давно, лет десять-двадцать назад, когда учреждения для детей-сирот жили достаточно закрытой от остального социума жизнью, большинство семей приходили к усыновлению от бездетности. Мотивов внутри этой основной причины масса: почувствовать себя полноценными, быть как все, реализовать материнский и отцовский потенциал, вырастить себе смену и так далее. Все они хороши, если люди подходят к вопросу осознанно, серьезно готовятся к принятию ребенка и не включают необоснованных ожиданий (чтобы был на нас похож, чтобы учился отлично, чтобы вырос великим музыкантом или успешным бизнесменом).Главное, чтобы люди принимали ребенка таким, какой он есть, не пытались втиснуть маленького человека в условные представления об идеальном сыне или идеальной дочке. Можно привести тысячи примеров, когда родители принимают детей, не слишком похожих на них, другой национальности, с особенностями развития, с самыми сложными жизненными историями — и любят их как своих. Даже несмотря на тот факт, что кровные родители их детей — совершенно другие люди, возможно, асоциальные, возможно, совершившие дурные поступки или даже преступления. Это не сказывается на отношении к ребенку. И вот для этого нужна определенная подготовка и зрелость. Нужна готовность честно рассказывать сыну или дочери историю жизни.Желание помочь ребенкуВторая группа мотивов связана со стремлением помочь ребенку-сироте. Как правило, такое желание возникает у людей, которые получили знания о том, что институциональное воспитание не подходит детям для счастливого и гармоничного развития. Очень часто знания приходят из личного опыта — люди могли дружить в детстве с ребенком, который остался сиротой, увидеть в больнице маленького отказника или ходить в детский дом в качестве волонтера.Тогда и решили усыновить. Начали читать книги по детской психологии, изучать вопрос. На мой взгляд, хорошо, когда на этом этапе люди не делают резких движений, не идут на поводу у первых эмоций. Потому что «спасатели» и «герои» — худший вариант кандидатов в приемные родители. Если сразу броситься в бой и положить все силы на то, чтобы любыми средствами как можно скорее забрать из детского дома сироту, то на самое главное — адаптацию в семье — ресурса может уже не хватить. А ведь самое сложное происходит не на этапе учебы в Школе приемных родителей или сбора документов, а в первые годы совместной жизни. Нужно поддерживать ребенка, социализировать его, заниматься реабилитацией и при этом уметь спокойно реагировать на все, даже самые неприятные, проявления адаптации.Желание помочь себе По разным причинам бывает так, что жизнь взрослого человека не сложилась так, как он мечтал. Могли сказаться собственные решения, а могли повлиять серьезные обстоятельства, но суть в итоге одна — человек своей жизнью недоволен. Нередко, кстати, в подобной ситуации именно у женщин возникает желание усыновить. Муж, например, ушел к другой, а детей так и не случилось. Или, наоборот, дети случились, но он все равно ушел и их с собой забрал через суд, наняв адвоката. Или даже не было никакого замужества, потому что не встретился подходящий человек. Или встретился, но не сложилось, а родить «для себя» не рискнула. Множество вариантов. И все они нередко — предыстория одиночества. И вот тогда вдруг посещает мысль помочь себе, усыновив сироту. В моей книге «Чужие дети» описан один реальный случай, когда женщина с такой идеей пришла к нам в фонд.Во-первых, пожилой даме было одиноко — ни мужа, ни детей, ни внуков. Во-вторых, в силу возраста многие вещи стало трудно делать самой и потому хотелось помощи в быту. В-третьих, не слишком хватало пенсии, и были надежды на пособие, которое государство будет платить ребенку. Но сирота не может скрасить одиночество, не в состоянии ничем помочь, пока сам не напитается любовью и не поймет на личном опыте, что такое забота.За годы работы в фонде мне приходилось столкнуться с очень разными мотивами «помощи себе». Бывают и крайние проявления, которые связаны с собственной психологической травмой кандидата и ожиданием, что ребенок способен ее залечить. Например, попытка «заменить» сиротой собственного погибшего ребенка.Если человек приходит именно с желанием «замены», то здесь кроется большая опасность. Человек, который пережил тяжелую утрату, должен проделать над собой большую работу, прежде чем усыновлять. Пройти все стадии горя, если нужно, то проработать свое состояние с психологом или психотерапевтом. И тогда это уже не история «замены», «помощи себе», а принятие ребенка в осознанном и ресурсном состоянии. В конечном счете, все мы не без определенных травм и потерь: важно вовремя осознать это и проработать, а не пытаться искать лекарство в лице и без того несчастного ребенка-сироты. Одним словом, усыновление или принятие под опеку — это всегда переплетение причин. Больше того. Одна и та же семья может принимать разных детей, исходя из разных соображений. Например, малыша усыновляют из желания иметь ребенка, а потом сталкиваются с подростком со сложной судьбой и принимают его из желания помочь, а дальше еще и ребенок-инвалид оказывается в семье, потому что просто нельзя было пройти мимо, нужно было вытащить из детского дома, пока он не оказался в доме инвалидов.Об этом хорошо знают психологи, которые ведут занятия в Школах приемных родителей и владеют методиками прояснения мотивов кандидатов. Поэтому лучше всего с их помощью разобраться, что именно нами движет. Понять, совпадают ли наши желания, связанные с усыновлением, с окружающей нас реальностью. Вот это действительно важно для того, чтобы не наломать дров, но стать ребенку-сироте настоящей, любящей и заботливой семьей. Фото: Shutterstock.com
