Известный блогер и мама двоих детей Алина Фаркаш рассуждает, нужно ли убеждать детей в существовании Деда Мороза и других сказочных персонажей. Одной моей знакомой удавалось чуть ли не до тринадцати лет поддерживать в дочери веру в Деда Мороза. Это была целая многоходовая операция! Во-первых, Деда Мороза дочке никогда не показывали: сейчас даже трехлетка не поверит в то, что вот этот теплый подвыпивший дядя с носом, вымазанным помадой, — тот самый Дед Мороз. Но зато оставляли следы его присутствия: опечаток валенка сорок восьмого размера на свежем снегу на широком бортике балкона, куда невозможно было бы попасть, не примяв остального снега. Вообще-то это дедушка договорился с соседями сверху и рано утром, высунувшись по пояс с балкона, надев на швабру валенок, оставил этот след. Но кто в здравом уме подумает о таком?! А подарки предварительно держали в морозилке, поэтому под елкой они лежали холодными-холодными. В общем, фантазия этой семьи была настолько удивительной, что им удавалось сохранить у дочери и внучки ощущение сказки очень долго. Моя знакомая рассказывала, что так же с ней действовали ее родители. И ровно тем же образом — родители ее мамы. Даже в самые голодные времена, в эвакуации, в Узбекистане на Новый год доставалась нарядная, вышитая своими руками скатерть, делались елочные игрушки, пели хором старые, еще рождественские песни… А в один Новый год мама получила в подарок половину стаканчика мороженого! Она до сих пор не знает, где ее мама достала такое чудо: война, эвакуация, голод и беспросветная бедность — как тут не поверить в существование Деда Мороза?! Ничем другим мороженое в то время и в том месте объяснить было бы невозможно. Возможно, с того мороженого и повелась эта традиция: поддерживать в детях веру в чудо всеми силами всей семьи. Без этого просто не выжить.Мой сын не верил в Деда Мороза вообще никогда — несмотря на все мои попытки. Возможно, тут сыграли роль и неудачные копии волшебного деда, которые он встречал в детском саду и которых заказывала ему в подарок бабушка. Но, скорее всего, он просто из тех детей, из тех людей, для которых любое чудо — это обман. Попытка их обмануть. Пошатнуть твердую веру в незыблемость физических законов. Он из тех людей, которые смотрят на фокусника с целью разгадать его секрет и разоблачить. Рьяный скептик и материалист. Думаю, что если бы мы проявили столько же фантазии и старания в поддержании мифа о Деде Морозе, как и семья моей знакомой, то в тринадцать лет он бы просто ушел из дома. Разочарованный в нас и во всем мире. Чувствуя себя несчастным и обманутым: я верил этим людям столько лет! Другое дело — дочка. Ей три года и она вся живет в пространстве сказки и мифа. Ей даже не нужно для этого никакого повода! Однажды она не хотела спать, прыгала и играла — тогда у нее забрали все игрушки, чтобы она успокоилась. Впрочем, ее это не сильно расстроило: она села и назначила пальчики на своих ногах папой-королем, мамой-королевой, принцессой, малышом и королевской феей. И играла в них с таким азартом и упоением, что мы осознали всю глупость и ничтожность этого плана — лишить нашу девочку игрушек, чтобы она прекратила выдумывать, играть и фантазировать. Если бы Деда Мороза не существовало, она бы его выдумала. Впрочем, мы живем в Израиле, тут и правда нет Деда Мороза. Но Лее это не мешает верить в происходящие вокруг нее чудеса.Вот однажды мы были на дне рождения знакомого мальчика, подарили ему самосвал, который очень понравился нашей девочке — отдавала она его имениннику со слезами и скрипом. Сын скрипнул зубами, спросил, сколько стоила эта машинка — и быстро метнулся в магазин, чтобы купить такую же. А дома произошло следующее: он пропустил нас вперед, сам остался за дверью, поставил самосвал на пол, позвонил в квартиру — и спрятался за углом. Лея открыла дверь, увидела коробку с игрушкой, радостно всплеснула руками: «Ой, подарок!». Взяла его, закрыла дверь и спокойно уселась играть. Сын не ожидал такой безусловной и абсолютной веры в чудо: он думал, что она будет искать, кто оставил для нее коробку, будет пытаться докопаться до сути — и наконец найдет его, дарителя и героя, которого осыплет восторгами и благодарностями. Но нет, для дочери ситуация была абсолютно ясна: она хотела самосвал — вот он и наколдовался. Как может быть иначе?! Дальше дома был скандал: сын бушевал и требовал благодарностей, дочь смотрела на него удивленно и делала такие плавные пассы ручками, показывая, как именно подарок материализовался одной силой ее желания. Сын кричал: «Неблагодарная!!!» Дочь отвечала: «Моя подарка!» Сын кричал: «Я больше никогда ничего не буду ей дарить!!!» Дочь пожимала плечами: ей и не надо, оно само как-нибудь наволшебится.Так столкнулись два мира, которым вряд ли суждено понять друг друга. Я думаю, что люди уже рождаются материалистами или наоборот. Кто-то до последнего вздоха загадывает желания на падающую звезду, а кто-то с рождения пытается разобрать Вселенную по винтикам и собрать ее обратно так, чтобы она стала работать четче, плавнее и без сбоев. Поэтому я думаю, что вопрос о том, поддерживать ли в ребенке веру в чудо, решают больше не родители, а сами дети. Одни, как мой сын в его три года, немедленно потрогают руку Деда Мороза и на весь сад закричат: «Он теплый! Он ненастоящий!!!». А другие, как моя дочь, нафантазируют себе своего собственного Деда Мороза, даже если никогда в жизни о нем и не слышали – и будут верить в него так искренне и естественно, что заставят поверить в чудо всех вокруг.
