Стас Пьеха: «Раньше 30 лет становиться папой — это как-то не очень»

Молодой, харизматичный, талантливый, брутальный. Глядя на таких мужчин, кажется, что они и дети — две разные планеты. Но это мнение ошибочное.

Впервые редактор «Летидора» Татьяна Силина встретилась со Стасом Пьехой в 2017 году накануне концерта, где артист как наставник телеконкурса «Ты супер!» вместе с детьми выступал на сцене Кремля. Спустя почти два с половиной года мы встретились с ним на том же месте — в день концерта Стаса (27 октября) на главной сцене страны.

За несколько часов до выхода на сцену молодой отец Стас Пьеха рассказал «Летидору» о своем отношении к родительству и о подводных камнях на этом непростом пути.

Стас, вы стали отцом в 33 года. По нынешним меркам это даже рано. А по вашим убеждениям, в каком возрасте оптимально становиться родителем?

Это зависит от того, насколько ты психологически созрел к определенному возрасту. Тут уже играет главную роль личное ощущение каждого человека. Важен не возраст, а эмоциональная зрелость.

Только эмоционально зрелый человек может воспитывать здорового ребенка. Эмоционально незрелый человек (будь ему 20, 30 или 40 лет), к сожалению, только привнесет в жизнь чада некий хаос. Поэтому сначала будущий родитель должен заняться собой: вложить в себя максимально много знаний, любви, добра, научиться это все отдавать.

Причем желательно сначала потренироваться на растениях, потом на животных, а потом уже можно заводить и ребенка.

А с возрастом это никак не связано. Есть ведь и в 70 лет люди абсолютно незрелые. Это такие истеричные, ругающие страну, бесконечно вспоминающие, что раньше было хорошо, а сейчас плохо — вот это люди, к которым даже с годами не пришла мудрость. Хотя, казалось бы, такой «пробег», что уже все выводы сделаны и надо жизнь просто принимать со всеми ее плюсами и минусами — а вот нет.

Евгения Парфенова

Я согласна с вами, что прежде чем становиться мамой и папой, люди должны из себя что-то представлять. Ведь дети берут с близких людей пример, копируют их поведение. Именно поэтому многие мамы и папы говорят, что с рождением детей пытаются стать лучше. Можете ли вы подобное сказать о себе?

Я могу сказать, что я поторопился, конечно, с этим процессом и себя как раз таки сделать лучше забыл. А сейчас пожинаю плоды этого… Я не рекомендую людям делать так же, как я.

Но участвуя даже косвенно в воспитании сына, я понимаю, что, только став добрым, хорошим и умеющим понимать человеком, я смогу ему что-то дать. Потому что никакие суррогаты, никакие «якобы» не подходят — ребенок все очень чувствует.

Поэтому тут так: либо ты становишься лучше, либо ты проигрываешь.

А ведь еще каких-то три десятилетия назад быть мамой или папой в 25 лет было нормально…

Наверное, я бы сказал, что раньше 30 лет становиться папой — это как-то не очень, потому что мужчины остаются детьми очень долго. Я смотрю на детей и вижу, что девочки взрослеют как-то раньше, раньше приходят к мудрым высказываниям. Поэтому, наверное, девушка может завести ребенка и в 25… ну, может быть, в 27 лет.

Но ни в коем случае она не должна себя привязывать к какому-то определенному возрасту, чтобы потом себя не корить, что в этот период она не уложилась. Сейчас нет такого, уже давно эти времена прошли.

Евгения Парфенова

Вы никогда не скрывали, что у вас было непростое детство. Вы даже открыли клинику для лечения наркотической и алкогольной зависимости. Как считаете, когда и каким образом с детьми нужно обсуждать такие темы?

Я думаю, что все надо делать естественно. Наверное, основной «профилактикой» являются не какие-то рассказы о том, что я что-то делал или чего-то не делал, что можно и чего нельзя… Потому что разговоры всегда остаются разговорами. А основной «профилактикой» является пример.

Если я веду здоровый образ жизни, увлекаюсь спортом, не употребляю, делаю правильные поступки, то ребенок, скорее всего, смотря на это, будет брать с меня пример. На него будут оказывать влияние мои действия, а не мои слова и разговоры.

И даже придя в компанию, которая связана с наркотиками, он легко сможет сделать для себя выводы, что это «не его», потому как у него перед глазами пример здорового образа жизни в виде отца, матери и так далее.

Ну и не надо бояться об этом говорить. Об этом надо говорить честно, правдиво – как с взрослым. Только ни в коем случае не надо пугать наркотиками!

Чем больше мы создаем резонанса вокруг проблемы, тем больше у ребенка интереса.

В интервью нашему сайту Сосо Павлиашвили рассказывал, что в свое время отправил сына в Суворовское училище, чтобы уберечь его от влияния улицы. А как бы вы защищали сына от всяческих искушений?

Я считаю, что человек должен прожить свою жизнь и обрести свой жизненный опыт. Но, конечно, если ситуация будет, по моим оценкам, криминальная, совсем тревожная, то я вмешаюсь и сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь сыну.

Но при этом я всегда буду стараться дать ему прожить самостоятельно все ситуации, в которые он попал.

Потому что если я не дам ему это сделать, то, возможно, я отниму у него в будущем что-то большее, потому что он так или иначе всегда будет возвращаться к тому, что не прожил, и иметь какие-то иллюзии. И пока у него будут эти иллюзии оставаться, он будет в зоне риска. Но опять же, если я вижу, что он реально находится в зоне риска, я буду включаться и действовать по ситуации.

Евгения Парфенова

Сейчас дети не такие, какими были наши мамы, и даже не такие, какими были мы. Как считаете, современным родителям сложнее с детьми, или нашим мамам и папам было более непросто с нами?

Современным родителям сложнее. Наверное, потому что это поколение растет в виртуальном пространстве в буквальном смысле этого слова. Мы другие. Мы живем прямо на стыке. То есть поколение наших детей растет в огромном информационном поле интернета.

Я в нем не рос — я рос на улицах, во дворах, реально интересовался каждой мусоринкой вокруг. А они живут в Сети — это «сетевые» дети.

И мне кажется, у современных детей формируется гиперактивность и синдром дефицита внимания. Этот диагноз их делает другими.

У них реально развит мозг, он работает в бОльшую силу, но при этом у них сильная склонность к неврозам и так далее. То есть у современных детей больше рисков, чем у тех, кто рос во дворах и на улицах.

Очень сложно дать им какую-то базу, чтобы они все свое детство не проводили в этом виртуальном мире, чтобы они все-таки взаимодействовали с реальным миром.

Тут важно понимать, как правильно выставлять границы, где их ограничивать, где не ограничивать.

Евгения Парфенова

А представляете, каково многодетным родителям? Кстати, сейчас такие семьи стали трендом. Все больше и больше людей решаются на третьего, четвертого, пятого ребенка. А что вы можете сказать по этому поводу?

Наверно, когда в семье больше двух детей, уже включается опыт. Старшие дети помогают с младшими, да и родители на многие вещи реагируют спокойнее, а значит, круг проблем сужается. Внимание распределяется между всеми членами большой семьи, и недостатка в нем нет.

Есть еще, конечно, финансовый момент. Если я еле-еле свожу концы с концами и не могу содержать и одного ребенка, то, наверное, нет смысла заводить второго и третьего.

Лучше отдавать себе отчет в том, что это будет трешняк.

А если у меня есть возможность нормально зарабатывать, кормить и одевать детей, обеспечивать семью, то почему бы и нет? Я слышал, что есть удивительные истории о больших счастливых семьях, которым помогают соседи и просто посторонние люди. Это достойно уважения.

Хочу вернуться на два года назад. Тогда в интервью нашему сайту вы сказали, что через пару лет можно уже будет начать заниматься с Петей пением. Расскажите, случилось ли это? Какие у мальчика успехи?

Нам кажется, что пока еще рано. Он сейчас больше склонен к физической, стратегической деятельности. Он пока что слишком активен, ему рано выпевать какие-то рулады. Я думаю, что ему нужно немного больше осознанности.

Я сам начал заниматься музыкой где-то в 7-8 лет. Это нормальный возраст. До этого чуть-чуть в 6 лет я имел опыт взаимодействия с разными инструментами — начиная от треугольника и заканчивая пианино.

Евгения Парфенова

Кстати, многие дети известных родителей говорят, что им было сложно по жизни — сложно от пристального внимания и сравнения, сложно из-за завышенных ожиданий. А что с вашей жизнью сделали приставки «Сын Илоны Броневицкой», «Внук Эдиты Пьехи»?

Я думаю, что все дети знаменитостей растут в неловкой ситуации в силу того, что многим вокруг кажется, что этим людям повезло, что они сами ничего не умеют, что, конечно же, это все их родители для них сделали.

В моем случае финансовых бонусов никаких не было, но у меня был бонус в виде фамилии и доверие определенного поколения к этой фамилии — и при этом был хейт молодого поколения.

Многие говорили, что мне все досталось благодаря Эдите: «Бабка продвинула», «Бабка вложила», «Бабка позвонила».

Но никто никогда не звонил, не продвигал, ничего такого не делал, только инкриминировали.

Конечно, в какой-то период моей жизни я был в ярости, был готов убивать всех, кто на меня накидывался с подобными предъявами. Но с годами ты смиряешься и понимаешь, что у каждого своя данность: кто-то родился с дефектами речи, кто-то в семье военных, кто-то в семье артистов...

Минусы артистической семьи — все к тебе относятся предвзято и тебе приходится постоянно разрушать стереотипы.

Я думаю, что Пете, возможно, тоже не будет легко.

Фото: Евгения Парфенова

Давайте дружить в социальных сетях! Подписывайтесь на нас в Facebook, «ВКонтакте» и «Одноклассниках»!

Семейный гороскоп