Можно ли как-то оправдать антипрививочников: мнение родителей из США и Канады

Вакцин боятся во многих странах мира. И вот как объясняют это явление родители, которые, несмотря на активную деятельность антипрививочников, в обязательном порядке вакцинируют своих детей.

Противостояние сторонников вакцинации и антипрививочников длится уже не одно десятилетие во всем мире. В СМИ регулярно проходит множество публикаций о том, что вакцинация защищает общество от смертельных заболеваний, что прививки безопасны для большинства людей, приводится множество исследований ученых на эту тему. Но все равно в соцсетях и на форумах регулярно появляются сообщения о том, что прививки – мировое зло и нужно делать все, чтобы защитить от них своих детей.

«Летидор» приводит отрывки из публикаций двух зарубежных сайтов, в которых родители пытаются объяснить, почему некоторые взрослые образованные люди отказываются делать прививки своим детям, что ими движет и стоит ли их презирать или, напротив, нужно попытаться понять их точку зрения.

Корин Миллер: «Я, конечно, вакцинирую своих детей, но сочувствую тем родителям, которые этого не делают»

Я довольно непринужденно подхожу к воспитанию детей. Я спокойно реагирую, если мой 8-месячный сын Бодхи бросает игрушку на пол, и не буду читать лекцию 4-летнему Майлзу, когда он рукавами рубашки вытирает нос. Но от моей сдержанности не остается и следа, когда речь заходит о вакцинации.

Если у вас есть дети, то вы понимаете, что прививки – это не шутка.

Когда Майлзу делали ревакцинацию против кори, паротита, краснухи и еще двух инфекций, он ненавидел каждую секунду этой процедуры. Даже его забавный комментарий после инъекции «Доктор, я сделал это!» не мог заставить меня улыбнуться. После прививки я буквально не оставляла его в покое, чтобы быть уверенной, что с ним все в порядке. Малыш Бодхи очень спокойный ребенок, который почти никогда не плачет, но во время последней прививки мне пришлось держать ему ноги, и я тихо плакала вместе с ним.

Как-то после прививки у него поднялась температура, и, несмотря на то что это нормальная реакция, я проиграла в голове все возможные и невозможные сценарии, в которых он очень сильно заболел из-за того, что я сделала ему прививку. Если с ним что-то случится – это будет моя вина, рассуждала я.

Да, я переживаю, когда думаю о безопасности вакцин, но я должна держать себя в руках.

Как журналист, который пишет о здоровье, я знаю, что вакцины имеют решающее значение для здоровья наших детей.

Вакцины помогли взять под контроль или ликвидировать тяжелые и смертельные заболевания, такие как коклюш, желтая лихорадка, корь и полиомиелит.

Я также знаю, что нет научных доказательств того, что тиомерсал, консервант на основе ртути, который используют в качестве обеззараживания флаконов с вакцинами, опасен.

Антипрививочники считают, что вакцины вызывают аутизм, но в 2003 году было проведено девять исследований (их финансировали Центры по контролю и профилактике заболеваний) вакцин, содержащих тиомерсал, и ни одно из них не выявило связи между этим консервантом и аутизмом. Не было также обнаружено связи между вакциной от кори, паротита и краснухи и аутизмом.

Меня очень беспокоят недавние комментарии известного противника вакцинации Роберта Ф. Кеннеди – младшего (его, кстати, поддерживает актер Роберт де Ниро), который утверждает, что использование тиомерсала – это вызов логике и здравому смыслу. Кеннеди, похоже, перепутал форму ртути, которая представляет собой тиомерсал, с метилртутью, с формой, которая может накапливаться в организме человека.

Тиомерсал – это в основном этилртуть, форма, которая легко выводится из организма человека.

И Кеннеди, и де Ниро предлагают до 100 тысяч долларов всем, кто сможет предоставить доказательства того, что вакцины с консервантами на основе ртути в используемых сегодня дозах безопасны. Получается, многие ученые заработали кучу денег, поскольку ряд исследований уже показал, что тиомерсал безопасен в тех небольших количествах, которые используются в вакцинах.

Я регулярно общаюсь со специалистами по инфекционным заболеваниям, один из них в свое время отговорил меня от поездки в зараженную вирусом Зика страну (тогда я была беременна Бодхи), когда большинство людей даже не слышали о таком заболевании. Я доверяю этим экспертам и часто веду с ними беседы о мифах, связанных с вакцинацией. Но противники вакцинации встречаются мне на жизненном пути довольно часто, поэтому я или кто-то другой, осведомленный человек должны регулярно напоминать о том, что вакцины безопасны.

Родители, которые настроены против вакцинации, мотивированы страхом. Их можно понять – кто не переживает за здоровье своего ребенка?

Я не являюсь членом сообщества по борьбе с вакцинацией, но я знаю, на чем основываются их опасения: я родитель, и я хочу сделать все возможное, чтобы защитить своих детей.

Вопрос «Что, если...» может быть довольно сильной мотивацией. Что, если мой ребенок будет вакцинирован и произойдет что-то плохое? Что, если все ученые ошибаются?

Мелисса Винтерхальтер, доктор медицины, педиатр, эксперт Национальной детской больницы, рассказывает, откуда берутся такие страхи.

«У меня двое сыновей, и когда им делали первые прививки, меня тоже охватывала паника», – говорит она. – Вполне естественно беспокоиться и защищать своих детей, это то, что делает вас прекрасным родителем».

Винтерхальтер говорит, что родители получают очень много информации о вакцинах, и, хотя некоторые сведения не соответствуют действительности, они все равно могут оказывать эмоциональное воздействие на них. Чтобы помочь устранить страхи, доктор рекомендует читать о вакцинах, получать информацию из надежных источников, а не родительских чатов и высказывать свои опасения педиатру, который наблюдает ребенка.

Вакцинация – вопрос мирового здравоохранения, поэтому эта проблема не решается просто.

Последствия отказа от вакцинации детей могут быть ужасными. Я знаю маму, которая не вакцинировала своего сына от коклюша, а когда мальчик подцепил заболевание, то тяжело болел несколько недель. Все, чем она могла помочь ребенку, – это дать антибиотики, назначенные педиатром. Она приняла ошибочное решение, из-за которого с ребенком могло случиться что-то ужасное. Я понимаю, что родители инстинктивно переживают за здоровье своего ребенка. Но для формирования иммунитета в обществе важно, чтобы люди преодолели опасения, связанные с вакциной. Некоторые не могут быть привиты из-за проблем со здоровьем, поэтому мы должны предотвращать распространение этих болезней среди остальных. Коллективный иммунитет формируется, когда большинство населения вакцинировано.

Когда слишком много родителей предпочитают не прививать своих детей, под угрозой оказывается здоровье других людей.

Я сочувствую родителям, которые подвергают сомнению безопасность вакцины. И именно своим сочувствием я надеюсь убедить их, что вакцинация – это правильно.

Чтобы повлиять на глубоко убежденного человека, одних только фактов недостаточно. Никакие споры, убеждения и даже издевки не могут избавить родителей от страха навредить своим детям, как и любого другого, кто хоть раз получил якобы аргументированную и убедительную информацию в интернете.

Чтобы справиться с болезнями, которые могут сделать наших детей инвалидами, нам нужна поддержка многих родителей – сторонников вакцинации. Сделать это можно, проводя исследования, которые будут опираться на общие человеческие ценности.

Например, исследования Стенфордского университета показывают, что когда консерваторы обращаются к моральным ценностям либералов (и наоборот), они выглядят более убедительными. Когда дело касается родителей, то сделать это еще легче, ведь все мы хотим, чтобы наши дети жили в безопасности.

Получается, если сообщить скептически настроенным родителям, что они ошибаются, поскольку вакцины безопасны, эффективны и никак не связаны с аутизмом, вероятность того, что эти родители изменят свое мнение, не повысится. Другое дело, если родителям-скептикам рассказать об опасностях, которые несут такие болезни, как корь, свинка, краснуха, и показать фотографии детей, которые перенесли эти заболевания, а еще послушать маму, чей ребенок чуть не умер из-за кори. Вот тогда они были бы более склонны поддерживать вакцинацию.

Наука окончательно показывает, что вакцинация предотвращает опасные заболевания, спасает жизни и не вызывает аутизма.

Если сам факт, что некоторые родители не приемлют эти доказательства, заставляет вас сердиться, это понятно. Меня это тоже злит. Но я понимаю, почему они так думают. В конце концов, важно то, с чем согласны все: мы просто хотим того, что лучше для наших детей. Как родитель, я никогда не перестану беспокоиться о своих детях, и именно поэтому я их вакцинирую.

Адам Монгрейн: «Я считал, что все антипрививочники – идиоты. Потом я женился на противнице вакцинации»

Большинство согласно с тем, что вакцины необходимы, а те, кто не верит в достоинства вакцин, невежественные и опасные лунатики. Возможно, злобные.

Я большую часть своей жизни считал так. В течение почти 20 лет я был ярым скептиком в блогосфере, меня привлекали ведущие интернет-сообщества, главными участниками которых были очень харизматичные блогеры и разные интеллектуалы. На деле, однако, участники этих групп были сосредоточены на базовом принципе: враждебность по отношению ко всем и всему, что считается иррациональным.

Именно там я развил глубокую антипатию к движению против вакцинации. И вовсе не потому, что я знал, что они ошибаются в отношении вакцин. Это было нечто большее. Я испытывал интеллектуальное и моральное превосходство над этими людьми, и я укреплял эту веру каждый раз, когда оставлял комментарий, смотрел видео или делал перепост статьи по этой теме.

Я страшно неодобрительно реагировал, когда кто-либо хоть немного сомневался в успехе вакцинации.

Потом я женился на женщине, которая была против прививок. И вот что я узнал.

1) Антипрививочники – не какие-то параноики-неудачники

Я встретил свою жену девять лет назад. Я захотел заняться свинг-танцами и решил, что мне нужны индивидуальные занятия. Она была педагогом. Она мне сразу понравилась, но в то время у нее был партнер по танцам и по совместительству отец ее дочери.

Сначала мы просто дружили, вместе проводили время, и связывал нас общий интерес к танцам. Мы были знакомы уже больше года, когда она впервые упомянула, что не делает дочери прививок.

Как вы поступаете, когда образованный и приятный вам человек говорит то, что вы считаете совершенно неправильным? Неужели в этот момент ваш собеседник перестает быть умным?

Я считал, что, поскольку я умен и разборчив, я понимаю ценность вакцин. Но тут вдруг эта женщина…

Я знал, что она неглупая, на самом деле я считал ее очень проницательной. Я понимал, что она не опасная или какая-то там заговорщица. Мы много говорили о том, как важно заботиться о людях, об обществе, в котором мы живем, и о том, что значит быть человеком. Я доверял ей.

Должен ли я полностью изменить свое мнение об этом человеке? Должен ли я изменить свои собственные убеждения и допустить, что антипрививочники тоже люди?

Ну нет. Я сделал то, что делали большинство людей: не стал вступать в драку, решил, что она может быть моим другом и при этом вот так странно относиться к вакцинам. Даже когда мы оба расстались со своими партнерами и стали много времени проводить вместе, я проигнорировал этот вопрос. Тема вакцинации поднималась один или два раза за ужином, ну и что? Я видел, как она любит свою дочь и и заботится о ней.

Я ею восхищался, уважал и начинал любить. Вакцины не мешали.

И, конечно же, я считал, что, если бы мы провели больше времени вместе, я бы в конечном счете ее переубедил.

2) Все дело в страхе

Дело не в том, что антипрививочники глупы или коррумпированы. Вакцина – это то, чего они боятся. Невозможно понять их позицию, не учитывая, насколько силен этот страх и как они с ним справляются. Вы, наверное, думаете, что страх – это страх, а здоровье общества – это нечто другое. И быть может, вы правы. Это рациональная точка зрения. Но тогда насколько обоснованны ваши собственные страхи?

Может быть, вы боитесь высоты или пауков. В любом случае вам повезло: справляясь со своим страхом, как это делает большинство людей, вы избавляетесь от него, и это никак не отражается на других. Но ведь вакцины работают только тогда, когда их делают все.

Здоровье всего населения зависит от того, смогут ли антипрививочники побороть свои страхи.

Людям, которые не испытывают этот страх, очень легко требовать, чтобы антипрививочники просто отменили его. Я бы тоже этого хотел. Но мы никогда не добьемся своего, запугивая, оскорбляя и унижая, отказываясь серьезно относиться к их страху, даже если в нем нет того смысла, который они вкладывают.

Это очень трудно. Вы когда-нибудь пытались взглянуть в глаза близкому человеку и сказать, что собираетесь подвергнуть его ребенка опасности?

Сначала я избегал этой темы, но, после того как мы поженились, я решил убедить жену вакцинировать ее дочь. В конце концов, прививки – это хорошо. Они безопасны. Вот в новостях говорят о вспышках кори – это ли не лучшее время, чтобы снова вернуться к теме?

Но когда я это сделал, то понял, что, с ее точки зрения, все мои рассуждения звучат так, как будто я попросил навести пистолет на ее дочь и заверить, что он не заряжен.

Взглянув ей в глаза, я понял, что ей кажется, будто я ей угрожаю. Она спросила, почему я хочу сделать это с ее ребенком. И вся моя настойчивость в том, что вакцины безопасны, больше не имела значения. Идите, скажите родителям, которые боятся пауков, что они должны положить этих пауков на ребенка, потому что от этого зависит здоровье общества, и посмотрите, что будет.

Преимущества вакцин, выраженные абстрактными понятиями, не могут одолеть мгновенно этот страх.

Поэтому я отступил. Каждый остался при своем мнении. Я люблю свою жену. У меня не было желания разрушить все. Да, я считаю очень важным, чтобы ее дочь получила вакцины – но не таким путем.

3) Если вы чувствуете опасность, то логично избегать ее

Моя жена – одна из самых умных, самых разумных людей, которых я знаю. Итак, что делают умные, разумные люди, когда они чувствуют угрозу? Они делают умную, разумную вещь: принимают меры предосторожности и предупреждают других. Как вы думаете, что чувствуют антипрививочники?

Очень легко отбросить переживания противников вакцин и оценить их поведение как параноидальное. Фраза «вакцины безопасны, и все это знают» получает иное звучание, если вспомнить о том, что содержащие свинец краски, табак, кровопускание тоже когда-то считались нормой, истиной.

Если бы вы пришли к убеждению, что вакцины опасны, то и поведение антипрививочников следовало бы признать вполне рациональным.

Если мы хотим достучаться до этих людей, то отбрасывать их логику как смешную или банальную – худшая стратегия.

Она играет прямо против вакцинации, ведь получается, что они «единственные здравомыслящие», которые предупреждают неосторожные массы о реальной скрытой опасности.

Легко представить, как самый первый человек заметил опасность чего-то вездесущего, например свинца, и был отвергнут соплеменниками как параноик. Представьте, что вы могли бы быть одним из этих людей. Первые люди, встающие на борьбу, всегда считались чудаками – пока их правоту не доказали.

Моя точка зрения заключается не в том, что противники вакцин правы. Это не так. Я хочу сказать, что когда вы верите во что-то неверное, очень легко считать это единственно верным. Очень легко считать своих критиков недальновидными. И когда вы постоянно подвергаетесь нападениям, естественно, что вы начинаете сопротивляться еще сильнее.

4) Есть индустрия, которой выгодна такая борьба – и мы бросаем антипрививочников прямо в ее объятия

К сожалению, страх продается – и всегда есть кто-то, кто хочет заплатить за него.

Очевидно, люди, которые не доверяют или не ценят обычную медицину, все еще болеют. В Канаде, где я живу, государственное здравоохранение оплачивает почти все обычные расходы на лечение, но существует серьезный частный рынок для людей, которые предпочитают получать лечение от альтернативных источников. Эти альтернативные источники могут быть и полезны: больным людям нужна помощь, и это лучше, чем вообще ее отсутствие.

Но альтернативная медицина также является бизнесом, и хуже всего, что именно так он работает.

Статьи о том, как дети становятся «аутистами» после прививки, распространяются авторами, продающими книги, сайты, рекламу, и торговцами, продающими лекарства.

Когда вы занимаетесь продажей препаратов, против которых выступает конкурент, каждый ваш шаг должен быть ярким, должен отвечать ценностям вашей аудитории. Важно уметь сыграть на этих эмоциях, и люди сами придут.

Когда мы с женой были просто друзьями, пару раз я встречал ее сестру. Она очень приятная и общительная. У меня действительно не было причин быть недружелюбным с ней. Затем моя жена сказала мне, что ее сестра – натуропат и она «активно изучала токсические эффекты вакцин».

Когда моя жена в очередной раз задумалась о вакцинации, после того как отец ее дочери поднял этот вопрос уже после развода, она обратилась к сестре. А та очень сильно вовлечена в антипрививочное движение – собственно, она и является поставщиком альтернативных лекарств, это ее профессия. После общения с ней моя жена еще больше убеждается в правильности своих взглядов на прививки.

Опять же это вовсе не странное поведение. Сколько раз вы советовались с человеком, который разделяет ваше мнение, только для того, чтобы еще раз убедить себя в собственной правоте?

А антипрививочникам и не нужно искать единомышленников, чтобы упрочить собственные позиции – мы сами делаем это.

Одна из причин, по которой я предпочитаю те или иные газеты и журналы, например, состоит в том, что они рассказывают мне то, что я сам думаю о внешней политике, урбанизме, феминизме и расизме. Мы все в некоторой степени зависим от необходимости подтверждать собственное мнение. Но, в отличие от обычных понятий, альтернативная медицина полностью неконтролируема; по определению она избегает проверок своих теорий и практик. Она старается изолировать от этого своих участников. Это среда, в которой каждой гипотезе присваивается одинаковый вес, и в каждом случае можно рекомендовать тот или иной продукт.

Без прибыльной отрасли антипрививочные убеждения не могли бы долго сохраниться. Но опять же что мы делаем? СМИ нападают на сомневающихся и тем самым побуждают их искать тех, кто разделит их сомнения, и именно они затем формируют их мировоззрение.

5) Чтобы изменить чей-то взгляд, одной любви недостаточно. Здесь требуется сопереживание

Я решил написать эту статью после того, как выяснилось, что пандемикс (вакцина, предназначенная для борьбы со свиным гриппом) вызывает нарколепсию у детей. Это открытие 2013 года не очень активно освещалось в СМИ, несмотря на реально продемонстрированные побочные эффекты – как подозревают антипрививочники, именно такое поведение характерно при внедрении всех вакцин.

Я слежу за такими историями, которые позволяют нам с женой мирно обсуждать вакцинацию. Ситуация, подобная той, что произошла с пандемиксом, позволила мне добиться расположения жены, я признал, что иногда медицина делает ошибки и что СМИ могут быть ее соучастниками. Я говорил это, чтобы показать, что мне небезразличны ее переживания, что я не отгораживаюсь.

Чтобы ослабить чьи-то страхи, любви бывает недостаточно – требуется сопереживание, особенно если вы хотите убедить человека.

У моей жены есть неудачный опыт вакцинации, когда она была еще подростком.

Это началось с психотического расстройства, вызванного наркотиками. Она выросла в семье, где не было отца, зато были наркозависимая мать и отчим, который не стеснялся рукоприкладства – трудно игнорировать наркотики в среде, где они легкодоступны. В 17 лет она покурила что-то странное и поняла, что уже не управляет собой. Галлюцинации. Панические атаки. Тошнота и сердцебиение. В результате изнурительной недели восстановления после этого случая она решила обратиться к врачу.

Она вышла с убеждением, что этого врача, клинику и правительство, которые платили за его услуги, не волнуют ее проблемы, потребности и страхи. Ее случай считали возможным решить при помощи трех таблеток. Страх, который она испытывала, не принимали всерьез. И проблема ее была гораздо глубже, чем просто наркотики. Четыре года при помощи натуропатии ее лечила сестра.

Вероятно, невозможно заставить всех врачей быть хорошими и внимательными людьми. Может быть, моя жена чувствовала бы себя ненужной, даже если бы врач сделал все правильно в тот момент.

Но для многих антипрививочников существует первопричина – нечто, что заставило их не доверять медицине, с опытом это недоверие усиливается.

Я думаю, что переубедить ее можно, но я решил успокоиться: только любовь, терпение и сопереживание помогут в этом случае.

Обращайтесь с противниками прививок вежливо, так они не будут чувствовать себя изгоями в этот момент, ведь вы к ним добры. Это путь, который выбрал я, и теперь счастлив разделить жизнь с человеком, который бросает вызов обществу и этим тоже вдохновляет меня. Десять лет назад таких людей я считал опасными сумасшедшими.

И еще: на прошлой неделе ее дочь спросила, будут ли ей делать прививки в этом году.

«Но только не вместе с твоими одноклассниками, – сказала моя жена. - Да, время пришло. Мы назначим встречу с нашим новым семейным врачом».

Мне не нужно было ничего говорить.

Семейный гороскоп