Агния Барто, изданная в 50-ти вариантах, убивает возможности книжного рынка

– В новости о прекращении работы над проектом «Гарри Поттер» говорилось, что освободившиеся средства пойдут на разработку новых российских издательских проектов.  Издательство «РОСМЭН» – патриот?

Патриот – слово опасное, если честно, не очень его люблю. Я бы назвал нашу позицию «рациональным патриотизмом». Мы действительно уже года два не работаем с переводной литературой,  не покупаем права на зарубежные тексты. Почему так? Хотя бы потому, что сейчас в зарубежной детской и подростковой литературе просто нет проектов, сопоставимых с Эрагоном, Пулманом, Спайдервиком, не говоря уже о Гарри Поттере. В этой ситуации нам значительно интереснее и проще работать с отечественными писателями. Например, подросткам очень  важно чувствовать свою близость к автору – иметь возможность пообщаться с ним в сети, почитать авторский блог, встретиться в оффлайне. Для издательства – это прежде всего возможность договариваться с авторами: о сериях, о рекламных акциях и маркетинговых ходах. Это весь тот комплекс работ, который можно себе представить с российским автором, и невозможно представить с зарубежным.

Я понимаю, почему многие издатели берутся за издание переводной литературы – это самый простой и дешевый способ издания детской книги. Купить права несложно, особенно на иллюстрированные книги – стоят они не дорого, все бестселлеры видны по рейтингам The New York Times или Bookseller. Плюс ко всему скандинавские страны и ряд других активно поддерживают свое книгоиздание, выдавая иностранным издателям гранты. Это простой путь, переводные книги можно издавать, но большого проекта из этого не сделаешь. Именно поэтому мы сейчас работаем с российскими авторами. Прекрасный пример – подростковая серия «Часодеи» Натальи Щербы. Этот проект продолжается, сейчас мы уже вышли на весьма достойный совокупный тираж в 250 тысяч экземпляров.

– О каких ваших российских проектах, помимо серии «Часодеи», еще можно говорить?

– Мы недавно стартовали с новым фэнтезийным проектом для подростков – сагой «Зерцалия» Евгения Гаглоева. А если говорить о детской иллюстрированной литературе, то и здесь мы работаем только с отечественными авторами – причем как с состоявшимися писателями, так и с малоизвестными авторами. Кто отслеживает творчество Андрея Усачева, тот знает, что он не очень часто балует читателей новыми книгами. Сейчас у нас выходит много его книг, но к осени мы готовим целый «вброс» его новых произведений. Еще один интересный наш проект для дошкольников – серия книг «Господин Куцехвост» Ирины Наумовой, в которой выходит по одной книге в год.

3uQPQNs3wzU.jpg

– Евгений Гаглоев, Ирина Наумова, Наталья Щерба, – этих авторов для широкой аудитории открыл конкурс «Новая детская книга». Работа по поиску новых талантов продолжается?

– Конечно, и в этом году мы открыли целую серию «Новая детская книга», в которой издаем призеров нашего конкурса. Здесь мы работаем уже с серией, как с проектом. Сейчас как раз идет четвертый сезон «Новой детской книги», и мы внимательно отсматриваем работы участников – на победителя этого года у нас большие планы.

– Как на ваш взгляд, нет ли сейчас среди родителей моды на переводную литературу? Или читатели ждут чего-то своего, родного, того, что придет на смену нашей вечной классике?

– Если говорить о родителях, то я не вижу такого массового тренда. Родители до сих пор отдают предпочтение советской классике и сказкам – вечным русским народным сказкам и тем самым пяти известным зарубежным сказочникам, которых можно пересчитать по пальцам. Но небольшая часть родителей все же испытывает голод по чему-то новому и свежему, и это, я считаю, отличная новость. Я  всегда предлагаю журналистам, книготорговцам выдохнуть и перенестись лет на 7 назад: тогда было бы очень трудно представить на полках книжных магазинов Свена Нурдквиста или книги про Господина Куцехвоста. Эта литература была попросту невостребованной. Такие книги простояли бы на полках, а через полгода магазины попытались бы вернуть их в издательства – это был прямой путь в утиль. Сейчас такие книги начинают появляться. И хотя их популярность далеко не так высока, как у книг Агнии Барто, Чуковского, Заходера или Маршака, они тем не менее  постепенно расширяют свою нишу.

Думаю, пройдет еще лет  5-10 и мы увидим, что классика уступила свои позиции. И это здорово, потому что тотальное засилье классики, в зависимость от которой попадает наша детская словесность, может быть, и закономерно, но порочно для детской литературы. Хорошо, что все понемногу меняется – что-то происходит с сознанием, поколением  и родителями – они готовы все больше и больше читать новые свежие книги, и, кстати, воспринимать новые иллюстрации, что лично меня очень радует.

– Сейчас в книжных магазинах представлено огромное количество переизданий классики, и родители часто просто теряются в выборе. Многие покупают какую-то книгу, но им не нравятся иллюстрации, и они продолжают поиски книги, которая бы их удовлетворила. Хорошо ли это, что у нас такой большой выбор?

– Я считаю, что это огромная беда и проблема нашего книжного рынка. Классики у нас в 3-4 раза больше, чем нужно, и большинство этих переизданий бессмысленны. Издателей можно понять: на фоне общих проблем книжного рынка детский сегмент достаточно стабилен. Как без проблем войти на этот островок относительного благополучия? Взять и выпустить книжку сказок. Нет никаких проблем найти художника и получить права у наследников Барто. Как-то в одном книжном магазине я насчитал 18 вариантов «Буратино», которые особо ничем друг от друга не отличаются! Мы все же находимся в ситуации рынка, и я уверен, что те издатели, у которых нет своей четкой линии, должны будут отмереть. Да, в целом Барто продается хорошо, но когда в магазине ее стихи для самых маленьких представлены в 50-ти вариациях, это убийство возможностей книжного рынка и забивание мусором полок.

– А как разобраться в этом огромном ассортименте читателю? Можете ли вы как эксперт дать читателям свои рекомендации?

– Выбор покупателя – это его осознанное решение: либо самостоятельное, либо наведенное рекламой, но собственное. Нет никакого свода правил, как купить ту или иную вещь, все это дело личного вкуса. Кому-то может нравиться «Репка» в иллюстрациях Евгения Антоненкова – в ней дед изображен в смешной шляпе, с пушистыми усами, ноги у него длинные и худые, и весь он такой нескладный. А кому-то больше нравится коренастый дедок с седой окладистой бородой. В качестве небольшого совета могу только порекомендовать родителям покупать книги тех издательств, которым доверяешь. Как и на любом рынке, покупая у неизвестных производителей, всегда рискуешь получить не тот продукт, не то качество, на которое рассчитываешь.

2 из 4

Начало статьиТе самые книжки – ностальгия по собственному детству
Семейный гороскоп