«Мы не тратим время на ерунду в планшете»: подросток об уникальном сообществе в России

Им руководят подростки!
Пока тысячи родителей по всему миру участвуют в битве «Взрослый против планшета», вкладывая огромное количество сил и денег в то, чтобы у ребенка появились внятные и хоть сколько-нибудь полезные увлечения, во Владивостоке школьники самостоятельно объединились в сообщество AXIOM. Его участники за два года выиграли 16 международных и 58 всероссийских интеллектуальных соревнований и привлекли на развитие своего проекта более миллиона рублей.
«Мы не тратим время на ерунду в планшете»: подросток об уникальном сообществе в России

В AXIOM есть всего несколько человек чуть старше 18 лет, а его костяк составляли четырнадцатилетние подростки.

Часть заработанных денег ребята тратят на развитие проекта. Они находят талантливых ребят из глубинки и устраивают их на работу. Так, подросткам удалось в буквальном смысле вывезти талантливую школьницу-биолога из маленького городка и добиться, чтобы ее приняли на перспективное место в лабораторию.

Мы встретились с одним из лидеров AXIOM, четырехкратным победителем и призером олимпиады Кружкового движения НТИ по профилям «Умный город», «Передовые производственные технологии» и «Анализ космических снимков», Георгием Будником и расспросили, как у подростков получилось создать то, что обычно делают взрослые люди с совершенно другим образованием и уровнем возможностей.

Георгий рассказал, как странные вопросы на собеседовании помогают находить талантливых олимпиадников, а также о революционных изобретениях, которыми уже заинтересовались представители крупных российских корпораций.

По какому принципу вы формировали команду?

У нас очень широкая география, обычно мы обозначаем ее координатами от Владивостока до Калининграда, но по факту у нас много ребят из маленьких городов и сел, где у детей очень мало возможностей. Часто нет даже сильных преподавателей не то что по суперсовременным дисциплинам, а по обычным школьным: физике, математике.

Первое, на что мы смотрим, — глаза. Если они горят, берем человека независимо от того, что он умеет в данный момент. Пока мы не ошиблись ни в одном участнике.

Среди нас нет никого, кто в три часа ночи спал бы, а не работал, если дедлайн в пять утра. Конечно, мы никого не заставляем трудиться именно так. Такая интенсивность нужна в основном на хакатонах, не в постоянном режиме.

«Мы не тратим время на ерунду в планшете»: подросток об уникальном сообществе в России

Архив Георгия Будника

Как вам удается сходу отличить трудоголика от бездельника? Часто на это требуется время.

Есть формальная оценка. Понятно, что если человек учится в 11-м, 10-м и даже 9-м классе, у него должен быть список достижений. Если такого списка нет, если подросток нигде не участвовал за столько лет учебы в школе, это само по себе о многом говорит. Мы не доверим ему серьезной работы, будем присматриваться. На собеседованиях я не предлагаю извлечь квадратный корень, а задаю вопросы с эффектом обманутого ожидания. Например, я спрашиваю, какая часть тела нравится человеку больше всего. Как ни странно, по ответу на этот вопрос можно узнать очень многое. Творческие люди, как правило, альтруисты, говорят, что больше всего им нравятся глаза.

Ведь они красивые, по ним можно угадывать характер человека. Вот уже и портрет нашего сотрудника ясен, его вектор понятен. Он не подойдет для технической работы, но сможет увидеть детали и изюминки в том, что сделают те, у кого любимая часть тела — рука. Рука, потому что ей можно паять, строить, программировать, чесать нос. А нос нелюбимая часть тела потому что он мешает спать и улавливает неприятные запахи! Так отвечают прагматики, практики, которые нужны для конкретной работы.

Вы набрали людей с умелыми руками и красивыми глазами. Куда они попадают дальше? Как устроен AXIOM внутри?

Большую часть заработанных денег мы тратим на образование — в основном покупаем технику, которая необходима для работы.

Часть средств идет на финансирование самого проекта, если команда считает нужным и возможным помочь, помогает по желанию из своих денег. Наше финансирование полностью самостоятельное. У нас есть несколько департаментов, каждый выполняет свою функцию. Один занимается поиском талантливых ребят со всей России, их обучением, объединением в команды. Очень важно, чтобы на командных соревнованиях каждый понимал свою роль и четко ее выполнял.

На любом мероприятии должен быть человек, который умеет презентовать результат — это не работа инженера, поэтому мы всегда открыты для ярких гуманитариев.

Мы не только обучаем своих ровесников, школьников 14−18 лет, но и ведем полноценные кружки по робототехнике для 5−6 классов, читаем лекции. Второй департамент отвечает за продвижение и пиар, социальные сети, в общем за работу над узнаваемостью. Третий организует мероприятия.

«Мы не тратим время на ерунду в планшете»: подросток об уникальном сообществе в России

Архив Геогрия Будника

Из чего складывается бюджет сообщества? Ведь сейчас несовершеннолетним сложно полноценно работать по закону.

Один из наших участников блестяще ориентируется в законодательстве и помогает сделать трудоустройство законным. В принципе можно работать и с 14 лет, просто нужно все правильно оформлять. Но ребятам, которых мы привлекаем к работе, больше 16 лет, так что главное — соблюдать ограничения по рабочим часам.

Большинство из нас работает: кто-то читает лекции, кто-то ведет кружки, кто-то учит решать олимпиадные задачи. Есть люди, чья деятельность совершенно не связана с технологиями, например, один человек работает художником по свету на концертных площадках. Мы вкладываем часть заработанных денег в проект, поэтому можем экстренно кому-то помочь. На одном из хакатонов «Практик будущего» (проект Кружкового движения НТИ — прим. ред.) мы создали датчик, способный определять пригодность той или иной защитной маски. Мы победили на том хакатоне, потом отправили проект на международную выставку (International Exhibition for Young Inventors), получили там золото. Сейчас проект переродился в нечто другое.

Наши биологи соединили биохимию и нанотехнологии и создали материал, который улавливает и нейтрализует вирусы и бактерии, оседающие на нем.

Они превращаются в безопасную субстанцию, которая просто смывается водой при стирке. Из этого материала можно делать маски, одежду для медиков. Мы считаем, что это невероятно круто и важно! Сейчас проект находится на стадии патентования. Одна из девушек, которая работала над ним, жила в самом северном и старом городе Приморья — Дальнереченске. Там не то что нет образовательных центров, там даже таких слов не знают. Не говоря о том, что нет хороших профильных школ. Но мы увидели в ней очень большой потенциал и помогли ей переехать во Владивосток. Сейчас она заканчивает работу над этим проектом в одной из его лабораторий. Мы сдадим ЕГЭ, получим патент и постараемся как можно скорее выйти на рынок. Учитывая скачок численности заболевших, понятно, что работу надо завершать как можно скорее!

Вы привезли девушку из маленького города в большой город, но ведь велик соблазн потратить деньги на что-то другое: путешествие, смартфон, хороший компьютер, машину. Как вам удается так по-взрослому ими распоряжаться?

Мы видим перспективу у проекта, как с его помощью можно легко найти человека, который ответит на сложный вопрос. Как появляются перспективы у людей, находящихся в очень незавидном географическом положении, в не очень приятном окружении.

Способствовать таким переменам в жизни школьников гораздо приятнее, чем покупать телефон, хотя, конечно, без него никуда, на технику мы тоже тратим деньги.

Сейчас вашими проектами заинтересовался Росатом. Как вам удалось убедить госкорпорацию работать с подростками? На каком уровне происходит сотрудничество?

Мы просто активно вели свои социальные сети, особенно Instagram. Именно туда нам написал человек, который занимался организацией летних смен в Росатоме. Нас пригласили рассказать о своих идеях, мы это сделали, подготовили программы, их утвердили и позвали нас вести свою смену. Мы стали лидерами по числу заявок от желающих на них попасть. Интересно, что никаких специальных усилий для начала этого сотрудничества мы не предпринимали. Просто сформировали вокруг себя определенную медиасреду. Мы очень много сотрудничаем с ДВФУ, томским Кванториумом, Центром развития робототехники (Владивосток). Это крайне важно для нашей репутации, контактов, помощи с организацией мероприятий. Финансовых партнеров у нас нет, все свои расходы мы закрываем сами.

А если бы пришел крупный спонсор и предложил взять вас под свое большое крыло? Естественно, при этом вы вышли бы из образа людей, которые всего добились самостоятельно.

Помощь бывает очень разной. Помощь контактами, связями, опытом нам очень важна! Помощь, когда нас ведут из точки А в точку Б по проложенному маршруту, действительно отнимет нашу фишку, нам нравится быть самостоятельными.

Георгий, неужели нет и не было никогда ни одного родителя, который бы вам помогал? Какого-нибудь папы со связями или мамы, чья энергия открывает любые двери?

Родители очень помогают нам тем, что мотивируют, поощряют, не скрывают гордости. Сейчас мало родителей, которые не мешают, вот наши не мешали.

Но такого, чтобы кто-то что-то за нас решал, ходил за нами с охапкой соломы, у нас нет и никогда не было.

«Мы не тратим время на ерунду в планшете»: подросток об уникальном сообществе в России

Архив Георгия Будника

Такая мотивированность, ответственность достались от родителей, учителей, кто-то еще над ними поработал?

Родители дали мне попробовать очень многое. Я занимался в огромном количестве кружков, начиная с фокусов и заканчивая музыкой. Разнообразие помогает понять, что по-настоящему интересно, а что нет. Хороших учителей надо искать, мне, например, в школе не нравилась физика, не нравилось, как ее преподавали, но я нашел педагога, с которым смог ее по-настоящему полюбить и даже выбрал в качестве основного ЕГЭ, хотя экзамен по этому предмету считается одним из самых сложных. Я бы сказал, что ребята из крупных городов тоже могли выбирать, пробовать, находить наставников, а наши коллеги из деревень и сел так хотели вырваться оттуда именно из-за отсутствия хоть какого-то выбора. У них такая сила и желание изменить свою жизнь, что ничто не может их остановить. Лично мне еще очень помогает моя особенность — я все анализирую, абсолютно все. От хода решения задач до того, почему человек в кафе сидит в такой позе и заказал именно такой напиток. Эта привычка помогает мне в том, что я сейчас делаю.

Сейчас огромное количество родителей готовы делать что угодно, чтоб вытащить своих детей из компьютеров и планшетов. Эти люди мечтали бы, чтоб их дети сидели не в играх, а в AXIOM. Как ваша семья относилась к гаджетам? Сколько вы сами сидите в них не по делу?

Для меня слова родителей были авторитетнее моего мнения. Мне сказали, что нельзя долго сидеть в телефоне, и я не задавал лишних вопросов. Сейчас могу потратить три, максимум четыре часа на развлечения, но только если нет экзаменов, олимпиад, чего-то важного. Если есть дело, я провожу в телефоне ноль часов, ноль минут. В принципе, по любому устройству можно смотреть стримы по математике и информатике, которые длятся 20 минут или 20 часов. Без преувеличения. Можно тратить это же время на ерунду. Но что бы ты ни смотрел, важно делать перерывы, гимнастику для глаз, переключаться. Это касается не только игр, а вообще всего. В нашем сообществе мало тех, кто тратит много времени на ерунду в планшете или тех, кто страдал этим раньше.

Почему проектов, аналогичных AXIOM, мало? Откуда берется инертность в ваших ровесниках?

Самой большой проблемой я считаю среду. Если вокруг школьника все пьют и курят, он, скорее всего, рано или поздно тоже начнет этим увлекаться.

«Мы не тратим время на ерунду в планшете»: подросток об уникальном сообществе в России

Архив Георгия Будника

А людям, имеющим другие интересы, станет с ним скучно. Если вы учитесь в плохой или даже просто очень средней школе, вряд ли вам удастся полюбить и понять науку. У вас не появится интересов, которые могли бы вырасти из любви к каким-то дисциплинам. Наш проект называется AXIOM. Многие думают, что это означает «аксиома» — то, что не требует доказательств. На деле это название выросло из мультфильма Wall-E, высокотехнологичный корабль в нем назывался Axiom. Мы тоже корабль, который собирает ребят, правда, пока не в космических, а только в российских масштабах. Мы помогаем изучать вселенную, путешествовать, перемещаться. Мы очень хотим собраться на борту как можно больше людей. Нам выгодно, чтобы команда была огромной. В этом смысле то, что сейчас мы все поступим в разные вузы и разъедемся по всей стране, хорошо. Мы сможем продвигать нашу идею в вузах, куда поступим, где есть очень много людей с крутыми идеями, которые пока не нашли свой корабль.

Узнать, как присоединиться к AXIOM, и связаться с командой можно на сайте проекта.

Фото: архив Георгия Будника, Пресс-служба Олимпиады НТИ