18 ноября в 08:00

«Если отец никогда не менял ребенку подгузник, он многое потерял»: история отца в декрете

Интервью с мужчиной, который оставил высокооплачиваемую работу и сделал отцовство делом своей жизни.

В издательстве «Манн, Иванов и Фербер» готовится к выходу книга «Nordic Dads. 14 историй о том, как активное отцовство меняет жизнь детей и их родителей», которая, как нам кажется, может оказать влияние на стереотип «декрет не для мужчин», давно и прочно закрепившийся в наших умах.

Авторы книги — Александр Фельдберг и Роман Лошманов — проделали интересную и сложную работу. Они поговорили с 14 мужчинами из северных стран: Швеции, Норвегии, Финляндии, Дании с Фарерскими островами, Исландии, а также из России, которые рассказали, как они пришли к активному родительству.

Каждый из этих мужчин, будь то топ-менеджер в корпорации или простой инженер, участвует во всех процессах семьи наравне со своей партнершей. Про таких мужчин говорят, что с ними не страшно оставить младенца. Но дело не только в этом.

Они не воспринимают свое положение как геройство. Для них уйти в декрет, менять малышу подгузник, играть с ним — это нормально.

Мы надеемся, что эти истории позволят мужчинам, которые считают, что быть «включенным отцом» противоестественно, взглянуть на родительскую роль мужчины по-другому и вдохновят на перемены в своей семье.

С разрешения издательства мы публикуем главу из книги про Хайни и его семью, которая живет на Фарерских островах.

Эта история показалась нам интересной тем, что описывает нетипичную семью для своего региона. Фарерские острова — автономный регион, входящий в состав Королевства Дании. Здесь по сей день во многом сохранился традиционный уклад — мужчины уходят в море, женщины остаются на домашнем хозяйстве — именно поэтому рассказ Хайни особенно интересен.

Он один из немногих, благодаря которому на Фарерах медленно, но верно происходят изменения в вопросах гендерного равноправия.

Хайни. Как превратить отцовство в дело своей жизни

Каждое лето Хайни Ханусарсон и его жена Сёлья берут своих шестерых детей и уезжают на несколько дней на остров Мичинес. Это самый западный остров Фарерского архипелага и один из самых труднодоступных. Дальше — только океан до самой Исландии, Гренландии, Америки. Единственная деревня, которая называется так же, как и остров, находится на самом дальнем его конце. Рядом с ней более-менее удобная бухта, только там и можно высадиться с лодки или корабля на берег.

Дважды в день, если позволяет погода, на Мичинес ходит небольшой паром и пять раз в неделю прилетает вертолет — вот и вся связь с остальным миром. Постоянно живут на острове всего девять человек, но сюда приезжает много туристов — побродить по краю света среди овец, посмотреть на тупиков и других птиц, которых тут множество.

Сёлья бывала здесь в детстве с родителями, а теперь ее собственная семья поддерживает эту традицию.

Все они встречают нас на причале. Брандур, ему 14 лет, — сын Сёльи. Ханус, девяти лет, — сын Хайни. И их общие дети: дочери Андриа (восемь лет), Бринхильд (четыре года) и Фиа (два года), а также сын Йоуанис шести лет.

Футбол на краю земли

Мы поднимаемся от пристани по крутой лестнице. Сёлья несет на руках самую младшую. Йоуанис показывает всем найденную в лужице на камне морскую блоху. «Он все время ловит и изучает какую-то живность. Будет у нас большим ученым», — поясняет мать то ли в шутку, то ли всерьез.

Деревня разделена надвое быстрым ручьем, сбегающим в океан. Она состоит из маленьких аккуратных домиков с крышами, покрытыми по фарерскому обычаю дерном. Вокруг только зеленые холмы, овцы и скалистые обрывы с птицами.

Хайни замечает на дорожке фантик от конфеты и наклоняется, чтобы поднять. В нем почти два метра роста, а движения его спокойны и сосредоточенны. Забавно наблюдать, как цветная бумажка исчезает в его большой ладони.

В этом незначительном эпизоде проявляется вся суть фарерцев: небольшой народ на маленьких островах заботится о своей земле, потому что другой нет.

Несмотря на наш приезд, семья живет обычной жизнью: каникулы скоро закончатся, зачем терять драгоценные часы — время футбола!

Все, кроме Сёльи, собираются на небольшом поле, покрытом овечьими шариками и клочками длинной шерсти. Обозначают ворота камнями. Хайни разделяет всех на две команды — и матч начинается. Двухлетняя Фиа старается угнаться за старшими, и ей даже удается пару раз попасть по резиновому мячу. Дети с упоением носятся по полю, а Хайни играет вполсилы. Он тренер, и для него матч — педагогическое мероприятие, отличный способ укрепить связи внутри семьи. Игра на минуту прерывается: Фиа захотела в туалет, и отец отводит ее на конец поля. Затем он замечает, что у девочки течет из носа, и основательно ее высмаркивает.

Несмотря на забитый Хайни гол, его команда терпит поражение: противники — Брандур и Андриа — мастерски играют на контратаках. Йоуанис, нападающий, расстроен проигрышем невероятно.

Когда семья идет к дому, я замечаю, что Бринхильд, как и отец, поднимает с дорожки конфетную обертку.

Что такое быть отцом шестерых

Хайни работает полицейским в Торсхавне, и в его обязанности, помимо прочего, входит работа в спасательной службе. Уровень преступности на островах низкий, и вообще правонарушения тут предпочитают предотвращать путем профилактики.

«Мы ходим в школы, рассказываем детям о правилах дорожного движения, о том, что плохого в алкоголе и наркотиках»,

— говорит Хайни.

А еще он довольно известный на Фарерах человек, о чем поначалу скромно умолчал: десять лет был капитаном национальной сборной по гандболу, а со своей командой «Найстин» четыре раза становился чемпионом страны.

Но спорт Хайни в конце концов бросил — это случилось три года назад, когда родилась их вторая дочь. «Я достиг всего, чего только мог, и сказал себе: мне хватит,— рассказывает он.— А главное, мне уже и самому хотелось проводить больше времени с семьей. И Сёлье тоже хотелось, чтобы я наконец включился в домашние дела. Она чувствовала себя почти выжатой, управляясь одна с четырьмя детьми».

Сёлья тогда же ради семьи поменяла работу. Она была менеджером по продажам в крупнейшей фарерской компании, которая выращивает фермерского лосося. Получала хорошие деньги, но на дорогу до офиса ей нужно было тратить довольно много времени.

Вся семья живет на острове Воар, работа Сёльи была на Эстурое, а между этими двумя островами еще лежит Стреймой. Хотя они связаны дорогами, тоннелями и мостами, ехать все равно не меньше часа. Так что Сёлья решила стать пожарной в фарерском аэропорту, в восьми минутах езды от дома. Зарплата меньше, но неплохая, а график очень удобный: два долгих рабочих дня по 14–18 часов, потом четыре выходных.

Хайни тоже работает посменно, и они согласовывают свое расписание так, чтобы дома с детьми всегда кто-то был.

«Никто из наших детей не ходил в детский сад до двух, а то и до трех лет,

— объясняет Хайни. — Для нас с Сёльей важно, чтобы они росли в семье, в спокойной обстановке и ели домашнюю еду. Да, разумеется, есть социальные плюсы и в том, что ребенок посещает детский сад. И мы, конечно, спрашивали у детей, хотят ли они туда ходить, — все хотели. Но нам не очень нравится, что нужно проводить там столько времени — с семи утра до пяти вечера. Так что я договорился с садом, и мы отвозим детей к половине десятого, а забираем в три, и едят они в основном дома».

Из сада идут пешком — около километра по холмистой дороге вдоль реки, а когда летом речка мелеет — то прямо по ней, перепрыгивая с камня на камень.

«Мы гуляем, дети чувствуют себя свободными и не стесняются задавать самые важные вопросы — о солнце, луне, земле, дожде, боге,— говорит Хайни. — Мы разговариваем, я рассказываю им, как устроен мир, учу быть добрыми друг к другу. Многие почему-то считают, что получать знания можно только сидя за партой. А по-моему, так учиться гораздо лучше. Физическая активность развивает не только тело, но и мозг. Ведь в нашем организме все взаимосвязано».

В это время мы тоже прогуливаемся. Хайни снова замечает на земле бумажку, подбирает ее и прячет в карман.

Я спрашиваю его: каково это — быть многодетным отцом?

«Инги, мой тренер и друг, говорил мне, что не заметил особой разницы: что у него было трое детей, что стало пятеро, — отвечает он. — И, должен признаться, сказал правду, но только не всю. Его пятеро появились на свет, кажется, лет за двадцать, а мои — за семь, и уже был Брандур.

Много детей — это работа 24 часа в сутки. Даже когда вроде бы все легли спать, что-нибудь да случится: проснется кто-нибудь и не сможет заснуть. А все эти детские болезни!

Заболел один — значит, через три-четыре дня заболеет второй. Следом третий. За ним четвертый. А через две недели пятый. Вся жизнь крутится вокруг них и должна быть подчинена их интересам. Чем быстрее поймешь это, тем лучше».

Семейные обстоятельства

С Сёльей Хайни знаком со школы, и они даже немного общались. «Это было еще в прошлом веке», — шутит он. Но много лет спустя она вдруг написала ему в мессенджере, и на следующий день, когда Хайни нужно было перевести двух лошадей из одной деревни в другую, он взял ее с собой. После этой прогулки они начали встречаться и вскоре поженились.

У Сёльи уже был сын от предыдущих отношений. Когда Хайни стал жить вместе сними, Брандуру было шесть. Его папа — моряк. Он несколько месяцев в году проводит вдали от родины, и мальчик видит его редко. Но все равно считает отцом его, а не мужа матери.

Из-за этого периодически возникают трения. Когда Хайни просит что-то сделать, Брандур может ответить, что тот ему указывать не должен:

«Я не твой сын, говорит он мне. И тогда нам приходится обсуждать, почему надо сделать так, как я сказал».

С Ханусом тоже не все так просто. Он сын Хайни от случайной связи. Его мать была против, чтобы отец поддерживал с ним отношения. Права общаться с сыном пришлось добиваться многолетними переговорами и тяжбами. Теперь Ханус проводит в семье Хайни и Сёльи каждые вторые выходные, две недели летом и каждое второе Рождество.

С Сёльей у него неплохие отношения, но они стали такими со временем. «Раньше было трудно, — говорит Хайни. — Мама Хануса рассказывала ему про нашу семью всякие небылицы, и нас расстраивало то, какими он видит нас и особенно Сёлью. Она ведь ему неродная, и мальчику довольно просто было ее невзлюбить, а мы видели в этом влияние его матери. Сёлья сильная, мы справились, но изменить его отношение стоило нам очень много труда. Сейчас Ханус подрос, сам многое понимает, и нам легче».

Заметна и разница в воспитании: видно, что, когда остальные дети ощущают себя одной командой, Ханус все-таки немного сам по себе. Общие дети Хайни и Сёльи много времени проводят на свежем воздухе и хорошо развиты физически, Ханус же привык много времени сидеть за телевизором и игровой приставкой.

«Это даже по его языку заметно, — объясняет отец.— Говорит вроде по-фарерски, а в речи полно датских и английских словечек.

Мы стараемся, чтобы все дети в нашей семье чувствовали себя родными друг другу. И они действительно так себя ощущают — не просто для вида.

Было трудно, но мы с Сёльей делаем все, что в наших силах. Жизнь — как пазл, который никогда не складывается так, как надо. Но это не значит, что надо опускать руки».

Как вырастить настоящих фарерцев

Для Хайни важно воспитать непросто хороших людей, а настоящих фарерцев, которые уважают историю и обычаи своей суровой родины. Его педагогические методы можно назвать традиционными.

Яркий пример — как Хайни приучал детей к фарерской еде, вкусной, но довольно своеобразной. Готовит он наравне с Сёльей, но, в отличие от нее, преимущественно традиционные блюда: например, вареный картофель с сушеной треской или вяленой бараниной.

Но детей надо к такому приучать, и это было, признаётся он, довольно непросто: «Я читал в одной книге, что, если предлагаешь ребенку полезную, но странную, непривычную для него еду, надо дать ему попробовать пятнадцать раз, прежде чем он начнет ее есть. Это трудная работа. Куда проще покупать промышленные сосиски, их дети точно есть будут».

Когда Хайни стал жить вместе с Сёльей, Брандуру было шесть, и он всегда завтракал хлебом с шоколадной пастой.

«А я ему сказал: нет, мы будем есть вяленую баранину».

Тот, конечно, ответил, что есть ее ни за что не станет. Хайни отрезал крошечный, в сантиметр, кусочек и положил перед ним. Так они сидели около часа, а за окном гоняли мяч друзья Брандура.

«Тогда я говорю: съешь мясо и иди гуляй. Он положил кусочек в рот и сделал вид, как будто его сейчас стошнит, — знаете, как дети это умеют. Хорошо, сказал я, поступай как знаешь, но съесть все равно придется. Ему ничего не оставалось — проглотил и пошел на улицу. Через неделю съел еще кусочек, а потом еще. Теперь вяленая баранина — его любимая еда. Но на то, чтобы приучить Брандура, у меня ушло месяца полтора».

Для чего это все? Чтобы изменить пищевые привычки.

Менял Хайни не только их. Брандур был малоподвижным ребенком, что в сочетании с нездоровой едой сказывалось на его комплекции.

«Да и сейчас, если за ним не присматривать, он быстро возвращается к прежним привычкам. Когда проводит время у своего отца, то обычно валяется на диване и быстро набирает вес. А ведь он красивый, сильный парень, из него может выйти отличный гребец!»

Вообще в том, что касается еды, Хайни тверд: пища должна быть простой и здоровой, а к тому, что стоит у тебя на столе, нужно относиться с уважением. «Перед вашим приездом я приготовил яичницу на завтрак, а Андриа сказала, что та слишком толстая и есть она не будет. Конечно, толстая! Я же десять яиц разбил в сковородку, чтобы всем хватило!» И дочка все-таки съела свою порцию, потому что иначе пришлось бы ходить до обеда голодной.

Может показаться, что Хайни слишком суровый отец.

«Да, в таких случаях я строг, — соглашается он. — Но ведь нас в семье восемь человек, и мы физически не можем готовить для каждого отдельно».

И кроме того, надо помнить, что Хайни учит детей жизни не в абстрактном месте, а на Фарерских островах, удаленных от остального мира на несколько тысяч километров. Климат здесь благодаря Гольфстриму сравнительно мягкий, но не самый удобный для человеческого существования. На островах не растет практически ничего, кроме травы, температура поднимается до плюс 25 градусов раз в год на пару часов — если год окажется удачным. Здесь постоянные ветра, дожди и туманы.

В фарерских городах и поселках есть все современные удобства и отличные дороги, а в магазинах достаточно импортных продуктов. Но жить в этих краях непросто, и в прошлом на островах слишком часто голодали, чтобы сейчас позволить себе разбрасываться едой.

«Я всегда выслушиваю детей, — говорит Хайни. — Но я отец, и если не нахожу их аргументы в споре со мной основательными, то настаиваю на том, чтобы они поступали так, как я считаю нужным. Но не сказал бы, что у нас с детьми часто возникает конфронтация. Я хочу, чтобы они придерживались принципа „Делай что должен и отстаивай свои права“, и они это понимают.

То, что я провожу с ними так много времени, на это сильно повлияло: я очень хорошо знаю своих детей, а они хорошо знают меня.

И потом, их воспитываю не только я, но и мать. Когда мы с Сёльей оба дома, дети чаще обращаются к ней, и она разрешает им съесть и шоколад, и все что угодно. Мы с ней дополняем друг друга, и я надеюсь, что дети возьмут лучшее от нас обоих».

Современный консерватор

При всей своей приверженности традициям Хайни во многом человек прогрессивный.

По его словам, отцовский отпуск для Фарер — дело еще непривычное, но про свой собственный случай он говорит просто: «Мы свое отгуляли и теперь полностью сосредоточены на детях. Я многое в жизни повидал, мне хочется заниматься только ими. Люди часто говорят: „Ты должен попробовать то, ты должен побывать там-то! Это просто фантастика!“

Нет. Мои дети — вот что такое фантастика.

Я хочу, чтобы у них было настоящее детство, чтобы они росли в здоровой обстановке, в семье, где все любят и уважают друг друга. И может быть, тогда у них будет больше шансов во взрослой жизни стать счастливыми».

В этом Хайни сильно отличается от своего отца: «Он строил карьеру. Успевал всюду. Был директором школы, мэром нашей родной деревни, одним из главных шахматистов на Фарерах, тренером по гандболу — кстати, моим первым тренером. Играл на органе в церкви, пел в хоре. И даже сейчас, на пенсии, он работает при парламенте и инструктирует школьных инспекторов. Отец много мне дал, и наша семья всегда была крепкой и дружной — у меня еще есть брат и сестра. Но дом всегда был на матери».

В семье Сёльи и Хайни о доме в равной степени заботятся оба родителя, хотя главная в этом отношении жена — просто потому, что более организованная. Сёлья решает, что нужно сделать в первую очередь, и раздает поручения. Они с Хайни обсуждают все проблемы открыто. Иногда эти разговоры не слишком приятные, но честность и уважение друг к другу только помогают становиться лучше.

«Я чувствую свою ответственность за то, чтобы моя жена была так же счастлива, как и мои дети,

— говорит он. — Счастливая жена — счастливая жизнь». Между прочим, укладывает детей спать чаще всего отец. «Как-то так получилось, что со мной это выходит в три раза быстрее», — иронизирует Хайни.

Он говорит, что прежние поколения фарерских мужчин гордились тем, что никогда не меняли детям подгузники: «Они многое потеряли. В мире нет ничего важнее детей. Вообще не понимаю, как можно не ставить их интересы превыше всего. Да, я бросил спорт, не слишком забочусь о карьере, не так часто, как раньше, общаюсь с друзьями — вся моя энергия уходит на воспитание детей. Может быть, я немного экстремал в этом смысле. Ну что же, это мой собственный выбор. У меня шестеро детей, и я чувствую свою ответственность за то, чтобы у них все было хорошо. И Сёлья чувствует то же самое. Я счастливый человек, но мое счастье — результат тяжелой работы».

Лето на фарерском курорте

Тем временем нас зовут обедать: Сёлья приготовила лазанью и приглашает к столу. Дети уже едят. Кроме лазаньи перед каждым — кусок хлеба и стакан молока. Всем этим угощают и нас. А еще Хайни бережно нарезает тонкими ломтиками вяленое мясо и протягивает нам как драгоценность — попробовать.

После обеда Хайни со всеми детьми, кроме самой младшей, идет купаться. Рядом с домом — ручей, выше по течению шумит водопад. Прямо под ним выстроен прямоугольный резервуар с небольшим свободным пространством для стока. Хайни накануне вечером перегородил сток листами пластика, и в бассейне скопилось достаточно воды.

Дети надевают гидрокостюмы, но Брандур, самый старший, заходит в ледяную воду прямо в шортах и футболке.

Следом за ним бесстрашно прыгает Андриа. Она дрожит от холода, но упорно ныряет снова и снова. Йоуанис минуту раздумывает, но все-таки кидается в воду, зажмурив глаза. Ханус сомневается дольше всех — видно, что купаться ему не очень-то хочется, но и он наконец делает решительный шаг. Последней плюхается в бассейн маленькая Бринхильд.

Хайни с довольным видом наблюдает за тем, как плещутся дети, и сообщает: «У нас с ними уговор. Я сказал, что полезу в воду, только если они все там окажутся. Обещание нужно выполнять: не просто говорить, а делать самому».

Он снимает свитер, джинсы, рубашку, остается в одних трусах и ныряет со скалы, входя в воду аккуратно, почти профессионально.

Искупавшись и взбодрившись, семейство возвращается домой. Вскоре Хайни сидит у окна и сушит волосы Бринхильд феном. Вид у него при этом такой, как будто он делает едва ли не самое важное дело в своей жизни.

Фото: пресс-служба издательства «Манн, Иванов и Фербер»

Читайте нас также в Яндекс.Дзен! Подписывайтесь на наш канал!

Семейный гороскоп