Отец и сын. История пятая.

Отец и сын. История пятая.

В рамках проекта «Люди тут рядом» «Газета.Ru» и Letidor публикуют серию репортажей поэта и эссеиста Дмитрия Воденникова о том, как живут студенты центра помощи людям с аутизмом «Антон тут рядом». В каждом материале можно найти информацию о том, как помочь центру и его подопечным.

«Газета.Ru», Letidor и центр помощи людям с аутизмом «Антон тут рядом» представляют благотворительный проект. Это пятый материал Дмитрия Воденникова о жизни центра. Предыдущие статьи, вышедшие на сайте Газеты.ру, можно прочитать по ссылкам. 1, 2, 3, 4.

Я жду родителей Ильи Колпакова и самого Илью в одной из мастерской Центра «Антон тут рядом», а в это время ребята учатся жарить блинчики на кухне. Потом, проходя по коридору, сталкиваюсь с Лёшей Герасимчуком. Который, как известно, восхищается всеми красавицами. «Какая красавица!» – говорит он мне. Хотя я не красавица, а взрослый дядька. Но мне приятно. «Спасибо, Алёша», – говорю я.


Перед приходом родителей Ильи сотрудники Центра мне показывают видео. Илья там играет на пианино. Он очень музыкален. Но извлекает из инструмента только какофонию, иногда при этом произнося фразы из двух-трёх гласных звуков. Я смотрю фильм дальше. В какой-то момент оператор показывает сцену, где Илья уже сидит на полу и трогает ковровое покрытие как клавиши фортепиано.


На встречу со мной приходит его отец. Его зовут Дмитрий.


Отец ИльиД.В. Первый вопрос будет, как с мостика прыгать. Вы первый отец, который пришёл сюда на разговор со мной, ибо все интервью, которые я проводил до этого, я проводил только с мамами. У меня сначала общий вопрос: как вы думаете, почему?


Д.К. Я думаю, что тяжело мужикам выдерживать… Но мы и рожали вместе.


Д.В. Вы рожали вместе?


Д.К. Да. Дома рожали, я залезал в ванну и выталкивал Илюшу вот этими руками.


Д.В. Тяжело было?


Д.К. Ну, надо сказать, не для каждого.


Д.В.  Я вас понимаю. Любому мужчине страшна физиология.


Д.К. До сих пор я вспоминаю с ужасом (усмехается).


Д.В. Дмитрий, вы можете вспомнить, какое было ваше первое… не впечатление даже, а первая реакция, когда вам сказали, что ваш ребенок особенный? Вас же позвали, наверно, посадили, стали рассказывать…


Д.К. Ну, как сказать, – замешательство некоторое: что, почему, за что. Ну и только. Не было таких реакций, что всё, я типа «досвидос» (смеётся). «Я умываю руки» – такого не было.


Д.В. Отчаяния не было?


Д.К. Нет, никогда. Я никогда в отчаяние не впадал, и я больше скажу: мама с ним не может ездить в общественном транспорте, а я спокойно, меня не плющит реакция окружающих по этому поводу, я пытаюсь как-то сгладить это всё.


Д.В. Как?


Д.К. Ну я его пытаюсь успокоить каким-то образом, отвлечь, переключить… Разные люди, конечно, есть. Которые рявкают – ну мы отойдём в сторону и всё.


Отец и сынД.В. А как он ездит в транспорте? Ну я понимаю, как он сидит за столом (во время нашего разговора Илья сидит рядом, по большому счёту полулёжа на столе, вытянув руки, и стучит руками по поверхности стола. Иногда берёт отца за руку, потом отпускает и опять стучит. На записи это отлично слышно).


Д.К. Всё вот это, да. Ну он может поскакать, наступить на ногу со всего маху, подскочить в то время, когда кто-то уже задницу опускает на сиденье, это он может.


Д.В. Это, знаете, многим свойственно, на свободное место все так бегут.

Д.К.
Ну поскольку сейчас он уже большой, то некоторые товарищи неадекватно реагируют. Когда маленький был, там, конечно, – ну ребёнок и ребёнок, а сейчас, когда у лося уже борода растёт, и такой лось вдруг подскакивает и делает что-то, то тут бывают недоразумения. Или может вот так в лицо посмотреть, пристально, и сказать: «Как тебя зовут?».


Д.В. Он говорит «Как тебя зовут?»?

Д.К.
Он говорит.

Д.В.
Потому что я смотрел фильм, и почему-то мне показалось, что…


Д.К. Нет, он не настолько аутичный. …


Д.В. То есть именно ясно и связно говорит?


Д.К. Да.


Д.В. Что, например? «Я хочу есть» – может сказать?

Илья с волонтером ЦентраД.К.
Да, это может. Насчёт поесть – это мы любим (смеётся). Может «котяшки-писяшки» говорить, вот сидеть и полчаса болтать чепуху.


Д.В. Кстати про котяшки-писяшки я слышал уже. Просто в фильме этого не было. Стихи читает?


Д.К. Стихи читает в основном те, которые ему в детстве читали.


Д.В. То есть «Мойдодыр»?


Д.К. Да, «Мойдодыр», «Дядя Стёпа – милиционер», что там еще?… «В лесу родилась ёлочка»…


Д.В. А он читает это по бумажке или может прочитать наизусть?


Д.К. У него чисто механическая память. В какой-то момент он понял, что под этой картинкой находится вот этот текст. И он механически запоминает.


Д.В.
Скажите мне, я хочу обратиться в мужскую вашу сторону. Отцовскую. Сейчас он уже, как вы правильно сказали (усмехается), взрослый лось. Вы ощущаете, что ваша мужская отцовская судьба – она вот, скажем, такая сложная? Вот что хотят отцы? Я рожу себе сыночка. Что я буду делать с ним? Играть в футбол, в баньку пойду…


Д.К. Пойдём пивка попьём? Это меня никогда не плющило вообще. Это не моё. Судьба такая – значит такая. Паганини из него растить или из дочки Софью Ковалевскую никогда не мечтал, не моё, не хочу и не буду. Нет, это никогда не беспокоило.


Д.В. Теперь вопрос в другую сторону. Как вы оцениваете работу, которую с ребёнком проводит… с ребёнком – с вашим сыном…


Д.К. (Смеётся.) С лосем!


Д.В. Да, да, с лосем, – с вашим лосем, давайте называть вещи своими именами! (Смеются.) …Как вы оцениваете работу, которую проводит клуб?


Д.К. Ну, пока не знаю. Я поскольку сам не присутствую, я не очень понимаю, как это происходит. То есть я знаю, что ему гончарное дело точно понравилось. Что касается других занятий – ну я не присутствовал, не могу объективно сказать, что и как. Но то, что это полезно однозначно – это точно. Потому что любое сидение тупо дома – это всегда плохо. Тем более, он с чужими ведёт себя гораздо лучше, чем со своими.


Д.В. Лучше?


Д.К. Исключительно «да». То есть однозначно лучше он слушается чужих, нежели своих, с мамой, с папой он может взбрыкнуть, поскакать… Ну вот последний случай. Мы ходили снимок делать к рентгенологу, там пришла заведующая (смеётся), он всё крутился, вертелся, а заведующая на него: «Что это такое?» (изображает возмущённый строгий тон). И тут же как лист, всё: готов, лежит, спокойно, тихо. А мы с мамой его держали вдвоём, и на третий снимок только получилось его нормально снять, его этот сколиоз…


Д.В. А вот по поводу его реакций – скажите, он не агрессивен?


Д.К. Нет.


В ЦентреД.В. То есть вы вообще не боитесь?

Д.К.
Однозначно нет. Нет, я не боюсь его агрессии. Он, может быть, случайно… «вышла, плечом двух мужиков сбила». Но это чисто случайно. Он же большой, он может, не обращая внимания, ломиться там где-то в толпе народу, расталкивая всех вокруг.


Д.В. Вызывая соответствующую реакцию.


Д. К. Да. Но специальной агрессии, чтобы вот кому-то сделать плохо, – нет.


Потом мы долго говорим с Дмитрием про сложности жизни для такого человека, как его сын, про отсутствие иногда толерантности у окружающих (Дмитрию не нравится само это слово «толерантность», мне это, в свою очередь,  кажется странным, но я не ввязываюсь в спор, потому что вопрос сейчас не в этом). Про отношения в нашем обществе к «другим». Про неудачные пандусы. Про странно спроектированные переходы через большие магистрали. Про бабушку, которая не может перейти через улицу. И кажется, что всё спокойно и размеренно, к тому же мы очень много смеялись до этого.


Тем сильней и пронзительней оказывается самый финал нашего разговора.


Д.В. И вопрос-эпилог. Что бы вы могли пожелать людям, которые столкнутся или столкнулись уже с той проблемой, с которой столкнулись вы? И в первую очередь мужчинам?


Д.К. Не впадать ни в какое отчаяние, тем более не хлопать дверью, не уходить из семьи. Принимать как данность. Такой и такой. Причём у меня ещё была мысль, что я … (Дмитрий тут замолкает, как будто ищет более точные слова)  Когда Илюша был маленький, я всё время думал: вот хорошо бы – вот как щенки всем нравятся и не всем нравятся взрослые собаки, так же мне ужасно нравился Илюша маленький – ну хоть бы он вот такой и остался и не вырос. И вот он, пожалуйста вам, вечный младенец. На тебе, получи.


В этот момент я вижу, что у него в глазах слёзы. Я настолько не ожидаю такого увидеть, что меня это поражает больше всего – и это за все беседы, которые я проводил в Центре. Я хочу что-то для него сделать, но понятно, что сделать я ничего не могу. И в ответ я начинаю говорить бесполезную ерунду.


Д.В. Это потрясающе. То, что вы сейчас сказали, это потрясающе.


Д.К. Такая мысль… (Он молчит, а потом продолжает, справившись с собой.) Я когда к вам ехал, я думал, да, действительно, я всё время хотел: хоть бы он такой, такой щеночек остался бы навсегда. Это и получил. Пословица «поосторожнее со своими желаниями» – она на мне отыгралась, похоже.


– Спасибо вам, Дмитрий, – говорю я, и на этом наше интервью заканчивается.


Илья в Центре


Все фотографии: Александр Низовский/Фонд «Выход в Петербурге»



Помочь центру «Антон тут рядом» можно:


1. Через расчетный счет фонда
Полное название — Благотворительный фонд «Выход в Петербурге»
ИНН 7813291528
КПП 781301001
р/сч №40703810755040000073
БИК 044030653
к/сч №30101810500000000653
в Северо-Западный банк ОАО «Сбербанк России»


2. Через Planeta.Ru
http://planeta.ru/campaigns/3745


3. С помощью SMS
Чтобы пожертвовать в пользу благотворительного фонда «Выход в Петербурге», надо отправить на номер 7715 SMS-сообщение с текстом «выход (пробел) сумма», и указанная сумма будет списана с баланса вашего мобильного, а затем перечислена на расчетный счет фонда.

Лого letidor.ru

Комментарии