Семейное кино: кто и что выбирает?

Семейное кино: кто и что выбирает?

Как составить домашнюю видеотеку, чтобы в ней было хорошее детское и семейное кино? Об этом «Летидор» поговорил с Анастасией Абрамовой, режиссером, культурологом, и ведущей курса «Кино на вырост» в центре для детей и родителей «Рождество».

В последнее время в обществе довольно нервно обсуждается закон об ограничении доступа детей к вредной информации. На уровне семьи этот закон действует по умолчанию. Родители сами решают, что будут смотреть их дети. На тему того, какие фильмы смотреть всей семьей, «Летидор» поговорил с Анастасией Абрамовой, режиссером, культурологом, и ведущей курса «Кино на вырост» в центре для детей и родителей «Рождество».

Семейный центр «Рождество» – это одно из старейших в Москве детско-родительских сообществ, с почти 20-летней историей существования. Центр был создан несколькими инициативными семьями. «Кино на вырост» – семинар для родителей, появившийся три года назад. Есть и второй семинар – «Смотрим мультики» – все, что связано с мультипликацией конца 20-го века и современным анимационным контентом. В первую очередь эти семинары – киносеансы, после которых просмотренные фрагменты обсуждаются зрителями.

А.Абрамова (2) (1).jpg
- Что должен понять родитель после посещения вашего семинара?

Анастасия Абрамова:
Наши курсы «Кино на вырост» и «Смотрим мультики» возникли с целью показать, как родителям ориентироваться в мире современной кинопродукции, от которой мы никуда не уйдем и не спрячемся. Как найти кинопроизведения, которые составят необходимый культурный багаж человека 21 века? Совместно с родителями мы вырабатываем критерии отношения к детскому, подростковому, семейному кино, к мультипликации и составляем домашнюю видеотеку. 

- С чего нужно начать, чтобы сформировать позитивное кинематографическое поле вокруг ребенка?  

Во-первых,  с определения, что такое – позитивное. Это такое кино, которое помогает детям  взрослеть, формируя нравственные координаты взросления. 

Во-вторых, с формирования собственной домашней видеотеки. Кинопрограмма-минимум для дошкольника должна содержать следующие рубрики: «фильмы-сказки» (на основе народных и авторских произведений), «фильмы о животных и природе», «фильмы о настоящих героях и приключениях». 

А вот уже в «золотой кинофонд» школьника прибавляются новые рубрики: «фильмы о сверстниках»  (о психологии взаимоотношений современных детей и современных взрослых), «фильмы о любви», «фильмы с исторической тематикой и проблематикой»,  «фантастика и приключения», «фильмы на основе русской классики».

К сожалению, современный отечественный детский кинематограф не изобилен, мягко сказать. Новых картин, которыми  бы можно уверенно пополнить такой домашний кинофонд, почти нет. Но мы располагаем наследием советской эпохи, а оно по-прежнему актуально. Советское кино чутко улавливало пульс деткой жизни. Ребенку для взросления необходимы широкие горизонты – моря, горы, звездное небо, путешествия. Если все это отнять, то детство оказывается прагматичным и приземленным. В этом смысле, нужно искать такое кино, которое расширяет горизонты мира, даёт веру в свои силы, в людей.

Фильмы о природе и животных – это то, что воспитывает в ребенке милосердие, удивление необыкновенными тайнами мира. Должны быть обязательно и фантастические фильмы, фильмы-приключения – они так же важны для ощущения человеческой всевозможности. Чтобы ребенок взрослел, понимая – я все смогу. В жизни столько тайн – это дает вдохновение. 

Приведите, пожалуйста, примеры конкретных кинокартин из разных рубрик, которые вы бы включили в домашнюю видеотеку?

За последние 10 лет в западном кинематографе появились важные картины, которые хорошо бы посмотреть с взрослеющим ребенком от 12 лет. Например, из рубрики «сверстники» – «Хористы»  Кристофа Барратье, «Серфер душ» Шона МакНамара. Эта ниша в отечественном кино пока негусто заполнена, но мы можем назвать, например, «Двенадцатое лето» Павла Фаттахутдинова. Много советских фильмов, например, «Завтра была война». Это фильм с историческим контекстом, наши подростки смотрели его взахлеб, потому что фильм и про них, и про отношения, и про столкновение поколения со временем. Это то, что нашим детям не знакомо, но им невероятно интересна тема встречи с неизбежным. Встречи, проверяющей тебя на прочность...Для подростка – это один из важнейших вопросов: кто я, какой я, а что если со мной так...? Кино в этом плане – великий провокатор вопросов и вариантов ответов на примерах ровесников.

В рубрике о животных можно привести отличный пример картины «Хатико: Самый верный друг», есть и отечественный аналог – «Белый Бим Черное ухо», но этот фильм для детей постарше. Есть еще «Соленый пес» и замечательный сериал про собаку колли, который дети до сих пор с удовольствием смотрят – «Лэсси». Думаю, здесь вы и сами вспомните с десяток добрых фильмов о животных.

А вот, например, весьма актуальный фильм из рубрики «авторская сказка» – «Старая, старая сказка» с Олегом Далем. Казалось бы, с очень сложными жизненными  «посланиями» – выбор между богатством и  любовью. Но по опыту, этот фильм для детей-дошкольников оказался очень интересным от начала и до конца.  

Как быть с рубрикой «любовь и дружба»? Что можете порекомендовать? 

- В этом смысле с западным кинематографом нужно быть осторожнее, поскольку в молодежных фильмах обязательным, непременным атрибутом ухаживания стали сексуальные отношения. Эта особенность  должна заставить родителей задуматься – а правильно ли выбрать эти фильмы для домашней видеотеки в рубрику «фильмы о любви»?  Или, может,  завести еще одну рубрику – «сексуальные опыты подростков»; некоторые родители всерьёз полагают, что это – обязательная часть программы. И, надо сказать, такая рубрика быстро бы заполнилась – американским молодёжным комедиями, например, или нашими сериалами на подобные темы.

Но в таких фильмах есть лишь намёки на то, что отличает хорошие фильмы о любви – построение отношений, разочарования и надежды, предательство и ответственность. Герои-подростки заняты поиском «отношений», а не любви. А в нашей культуре, несмотря на различные веяния и рискованные эксперименты, сохраняется представление о том, что настоящая любовь связана с супружеством, поиск любви – это поиск того, «с кем смерть не разлучит». «Отношения» же, в отличие от любви, не предполагают верности, ответственности, серьёзности и долговечности намерений. Интрига в таких фильмах, в основном, строится на поиске своего мальчика (своего «парня») или девочки (своей «девушки»), быстрой измене, замене, обретении нового предмета для  «отношений». Тут, кстати, можно вспомнить фильм Берра Стирса  «Папе снова 17» – о попытке исправить ошибки молодости, проходящий на фоне озабоченных «отношениями» старшеклассников; хотя фильм сделан в стилистике молодежной комедии, он входит в полемику с картинами такого типа....  

Для тех, кому от 12, я бы положила в рубрику «фильмы о любви» не картины типа «Лол» или «Ангус, стринги и поцелуи взасос», а картины  «Спеши любить» Адама Шэнкмана, «Мост в Терабитию» по повести Кэтрин Патерсон. Нашу картину –  «Костяника или Время лета» по повести Тамары Крюковой. И конечно – «Курьер», «В моей смерти прошу винить Клаву К.», «Валентин и Валентина». Это прекрасные  фильмы для обсуждения с подростком. Потому что в них есть сложные , живые характеры, поступки, вопросы -  и нет однозначных ответов. Кино, ставящее вопросы – это хорошее кино...  

В современном отечественном кинематографе есть и такие «взрослые» фильмы, которые можно и нужно посмотреть вместе с подросшими детьми. Из последних стоит учесть фильмы Андрея Звягинцева: «Возвращение» и «Елену».  Киноязык Звягинцева не прямолинеен, как раз из разряда такого кино, что ставит вопросы. Проверено, подростки находят в нем то, что для них важно. Мой сын, например, смотрел «Возвращение» раза три в возрасте 12 – 15 лет... «Остров» и «Дирижер» Павла Лунгина, «72 метра», «Мусульманин», «Поп»  Владимира Хотиненко – фильмы,  которые стоит вместе  смотреть и обсуждать... Кино, ставящее серьёзные вопросы о том, что происходит с современным человеком. О вере, верности, смыслах жизни.

Как быть с историческими фильмами, зачастую они изобилуют жестокими военными сценами, агрессией?

Что касается исторической тематики в кино – это очень благодатная почва для ориентации современного ребенка во времени, в ценностях вечных и преходящих. Исторические фильмы всегда входили в необходимый рубрикатор домашней видеотеки.

Да, зачастую история изобилует насилием, жестокими эпизодами, тем более в кино. Но натурализм в изображении человеческого страдания редко бывает оправдан художественной необходимостью. Бывает. Но редко. И не для детской аудитории. Чаще – это признак дурного вкуса и игры с острым ощущениями.

Пристальное, крупным планом,  рассматривание плодов насилия и жестокости  формирует неправильные инстинкты у ребенка – страх, тревожность и, к сожалению, безразличие. Естественная реакция нравственно сохранного человека, когда он увидит такое – бежать и спасать, а не снимать на мобильник или проходить мимо. Сопричастность человеческому страданию, отвержение насилия происходит, зачастую, когда мы видим на экране просто глаза человека, оказавшегося перед лицом угрозы и испытания. Это на всю жизнь рождает опыт сострадания, неприятия жестокости, активного содействия тому, кто в беде.

Если говорить о дошкольном возрасте, психологи подсказывают, чтобы ребенок рос не тревожным, не боялся вступать в мир и взаимодействовать с ним, у него должно быть сформировано базовое доверие к миру. Базовое доверие формируется из разных источников – прежде всего, это отношение к тебе твоих близких – отвергают они тебя, принимают, ведут тебя по дороге жизни, направляя и поддерживая в меру,  или не дают тебе самостоятельно идти... 

Но и культура – это один из мощных инструментов формирования или разрушения доверия к миру. «В этом мире я быть не хочу»,  «я его боюсь»,  «боюсь ошибиться»,  «всё непременно кончится плохо» и т.п. установки  формируются в том случае,  если во впечатлениях ребенка, которые он получает с экрана телевизора, компьютера, в кинотеатре, превалируют сцены натуралистического насилия. Также разрушительно работает взрослая ирония  и критичность – смех надо всем и вся, сомнение.  Они не дают ребенку обрести прочных оснований, от которых, оттолкнувшись, можно шагать в мир.  Если всё плохо, страшно или осмеяно – от чего оттолкнуться?

Фильм, мультфильм не должны разрушать базового доверия ребенка миру. Не навязывать преждевременно взрослые оценки и опыт. Должны помогать ему окрепнуть, прежде, нежели он сам обнаружит всю сложность жизни и научится бороться. Чтобы бороться, нужно не бояться, победить тревогу и действовать. 

Разве не от этой излишней сложности часто родители пытаются защитить своих детей?

Сложность неизбежна. И необходима. Хороший герой – не примитивен, он сложен. Даже если он – Винни-Пух. Или Буратино...

Просто смешно читать, как обсуждают этот закон о защите детей от негативной информации:  всерьез пугают запретом мультфильма «Ну, погоди!» – на том основании,  что Волк, мол,  плохой и курит на экране. А Винни-Пух – чревоугодник, это тоже негативная информация для детей. А Буратино в школу не ходит и всех обманывает. Что, мол, теперь, всё запретят из-за этого закона?

Но эта взрослая «паника» сильно далека от общепризнанных критериев качественного художественного произведения, необходимого детям.  Хорошее детское произведение как раз-таки отличается сложностью. То есть настоящий хороший герой – это не тот, кто однозначно – пай-мальчик и всё делает только правильно. У того, кто и шалит, и озорничает, и иногда нарушает границы дозволенного, и  делает что-то тайком,  совершает неправильные поступки – у него есть все основания стать настоящим героем.  Ведь он  делает всё то, в чем ребенок узнает самого себя. Это – часть «обязательной программ» многообещающего хорошего героя. Дело в том, что в итоге он (и вместе с ним зритель, читатель) получит собственный опыт и модель того, что категорически недопустимо. Такой герой непременно сталкивается с неожиданными последствиями своего поведения – неприятностями, наказанием,  отвержением со стороны взрослых и друзей. И – захочет измениться.

Такой алгоритм обретения позитивных моделей поведения – древний. На нем, например, построены русские сказки:  нарушил запрет старших – попал в беду, оказался в темной чаще. Попробуй-ка теперь, найди дорогу домой... А чтобы найти, оказывается, понадобятся все те умения и заповеди, которые внушались тебе дома «вредными» взрослыми. Вспомнишь  – спасен.

Как правило, в хорошем литературном, кинематографическом, мультипликационном произведении герой – сложный, да, он ошибается, но и исправляет ошибки, достойно переживает разные испытания и выходит из них с наградой... А негативная информация, от которой действительно стоит защищать наших детей – это активное навязывание им искушений и соблазнов взрослого мира. Вот тут нужны домашние фильтры. А Волк, Пух, Буратино – пусть живут на книжных полках и в семейной видеотеке...

Что думаете о мультфильме «Маша и Медведь»? 

Были в нашей культуре и Маши, были и Медведи.  Поводом для экранизации могли быть как минимум две народные сказки на эту тему – «Маша и медведь» и «Маша и три медведя». Но  мульт-сериал  сделан как бы по мотивам русских сказок.  Чем отличается оригинальная авторская трактовка от аутентичного сюжета сказок про Машу и про медведей?

В двух народных сказках - схожие завязки и различные финалы. Завязка – просьба отпустить в лес с подружками, наказ идти, но соблюдать запрет не отходить от подружек, предупреждение о том, что, нарушив запрет, можно попасть в беду  – «заблудишься, назад домой дороги не найдёшь»; дальше – беспечное нарушение запрета и  последствия – опасность, беда.  В первом случае Маша служит медведю, применяя все те умения, которые приобретаются в родном доме, окультуривая хаос медвежьего жилища. В другой сказке – напротив, вносит хаос в распорядок жизни медвежьего семейства: из чужой миски отхлебнула, чужой стульчик поломала, на чужую кровать улеглась.

Финал любых сказок – своеобразный итог «жизненного пути героя», результат той модели поведения, которой он руководствовался. В сказках про Машу, в одном случае – это триумфальное возвращение домой верхом на звере и бегство мишки восвояси, в другом – позорное бегство от мишек (позорное – через окно, так бегут воришки и незадачливые любовники).  В одном случае – награда. В другом – поражение. Классические сказочные алгоритмы. Разные модели поведения – разные финалы. Верные пути для слушателей сказок проложены. Наказы, намёки преподаны.Уроки извлечены. 
Алгоритмы, положенные в основание мульт-сериала, другие. Неклассические. Но очень знакомые современному взрослому. До боли, можно, сказать, знакомые... Современную культуру часто называют детоцентричной. Взрослая вселенная вращается вокруг ребенка, часто единственного в семье, подстраивается под него; это - явление достаточно новое, веками было наоборот.  Мы видим в сериале про Машу и Медведя узнаваемую феерическую картину:  в центре неё – ребёнок,  вокруг него пляшет современный взрослый, любящий, заботливый и – хватающийся за голову оттого, что  не располагает никакими инструментами,  дабы задать озорнику определенные границы, положить конец хаосу, в который превращает налаженную взрослую жизнь обаятельная маленькая бестия.

Сериал сделан  смешно, талантливо,  с великолепными сюжетными поворотами, яркими характерами.  При всем том, я бы рекомендовала смотреть мультсериал только подросткам и взрослым – это фильм для тех, кто понимает и узнает себя, кто может над собой посмеяться. Но маленький ребенок – а это подтверждает достаточно родительских свидетельств - перенимает машину  модель анти-поведения. Некому в мультике исправлять машины  ошибки, никто не в силах выставить и удержать границы дозволенного, предъявить последствия детского бесчинства. Маша - не Буратино, не Карлсон, не Винни Пух. Медведь – не Сверчок, не Малыш и не Пятачок – альтер-эго главных героев, выполняющие сдерживающую роль...  Родители говорят – ах, такой веселый мультик, и так нам нравился, но... степень его суггестивности слишком сильна, пришлось просто убрать его из дома, с глаз малышей  долой. Смотрим с мужем по ночам сами, смеёмся и плачем. Читаем родительские бестселлеры «Когда ваш ребёнок сводит вас с ума»  и  «Дети: границы, границы!.. ».

Что хорошо маме с папой – не всегда по возрасту подростку, что хорошо подростку – не годится для малыша. Тут нужно смело вводить в действие домашние фильтры. По возрастной адресности отбирать фильмы и мультики.

Дома на полке у нас могут стоять «правильные» фильмы, но как быть с кинотеатральными  впечатлениями? Иной раз современная мультипликация с целью завоевать большую аудиторию содержит, например,  вовсе не детский юмор.

Смотря о каком возрасте идет речь. Ведь когда взрослый читает, скажем,  поэму «Руслан и Людмила», он хватается за голову и говорит, что это же произведение, насыщенное эротическими подтекстами, как же можно было изучать его в школе? Но в детстве-то  мы читали сказку совсем другими глазами, детским сердцем и опытом – о чистой любви, не знающей преград, не отступающей перед преградами и кознями недругов.  Так же мы читали роман «Три мушкетера» – как произведение о дружбе, взаимовыручке, преданности. И только взрослый человек понимает, сколько там всего намешано – адюльтер, измены... 

Но талантливое художественное произведение никогда не опускается до скабрезности, в нем не будет намеков, которые в культуре маркируются словом «грязные».  Взрослые и подростки уловят там каждый – своё. Так и  в добротном фильме -  разумеется, если подтексты художественно оправданы. Неправильно было бы трепетать и говорить, что они наносят вред психике ребенка, не наносят, потому что ребенок их не считывает.

Но бывают картины, где такого рода  «юмор»  навязчиво лезет из всех щелей. Его трудно не заметить.  Рассмотрим такую ситуацию – вы посмотрели вместе со своим ребенком мультфильм «Ледниковый период 1» – симпатичный такой мультик.  И вдруг на просмотре «Ледникового периода 2» – сюрприз: юморок тут оказался... с душком. Вы и назовите это ребенку, так и скажите, «а юморок-то тут с душком, первый мультик нам ведь понравился, а во втором – вот удружили создатели,  этот  «душок» всё портит;  жаль , времени потраченного...эх, вот, ведь, попались! пойдем утешаться... тортиком к чаю и ...о, литературным чтением из твоего учебника!..». Стоит помнить, что шутливая словесная оценка и смех – это великолепные способы защиты и нивелирования вреда.

Я не могу сказать, что ребенок сразу повернется спиной к таким произведениям киноиндустрии, но неоднозначное послевкусие, подкорректированное взрослой оценкой, у него останется. Вы дождетесь, когда в 15 – 16 лет ваш ребенок своим друзьям скажет по какому-нибудь поводу – а мне не интересен этот «туалетный юмор».  Хотя, возможно с 10 до 15 лет он и будет жадно, тайком из других источников глотать весь этот мусор. Но, главное – чтоб не из родительских рук.

А из родительских, вместе в родителями – всё самое увлекательное, сильное,  «здоровское» и... здоровое – эстетически, нравственно. Если вы сознательно ограждаете ребенка от неприемлемых кино-впечатлений, фильтруя фильмы в соответствии  с возрастной адресностью, качеством юмора, особенностями лексики героев, наличием жестокости, сцен эротического характера и пр., стоит помним вот о чём.  Нужно не только фильтровать и отсеивать, но потрудиться  и ... засеять культурное поле вашей семьи  другими впечатлениями.  Так, чтоб в вашей домашней видеотеке были фильмы, значимые для семьи, привлекательные для старших и младших – и весёлые, и грустные, и серьёзные, и не очень. Такие, чтоб и дух захватывало, и чтоб можно было смеяться вместе от души, и поплакать, и поспорить после, и просто к слову вспоминать и пользоваться репликами героев.

Когда ребенок без вас, в другом месте, в ином социальном окружении посмотрит с удовольствием то, чего вы сами никогда, ни за что не принесли в свой дом ( а это, естественно, случается!), то если к этому времени у вас  уже сложилась традиция диалога, обмена впечатлениями – то обнаружится хороший повод  для обсуждения.  И не стоит пугаться, расстраиваться,  не стоит становиться и категоричным цензором – осуждающим, отвергающим, репрессирующим.  Нужно попробовать встать на сторону своего ребенка и постараться понять  –  что же так зацепило его в фильме, посмотреть на героев его глазами. Принять то, что того стоит. И назвать что смущает, что для вас неприемлемо.  Так и говорить об этом:  «Я понимаю, этот герой мир спасает,  это здорово, да... тебе он нравится,  скромняга, очкарик такой – и вдруг, оказывается – герой, ловко...,  но вот  как там между собой все общаются, какими словами – о, это как песня уголовников... и весь фильм!.. это слишком для меня, мне теперь нужно реабилитироваться; тебе придется откармливать меня мороженным... ».

Если ваше чадо всерьёз увлечено таким фильмом, который вас всерьез заставляет переживать и беспокоиться, то не менее важен и другой ход – поусердствовать, подобрать и принести в дом альтернативное кино-впечатление. Альтернативное – значит по теме связанное  с тем фильмом, что увлек ваше взрослеющее чадо, но художественно полноценное. Как противоядие – картина, которая не может не тронуть, точно не оставит равнодушным, но  в которой сходные коллизии фильма будут решаться по-другому. Пусть эти разные впечатления  какое-то время  «поживут» рядом в сознании ребенка... Исцеления быстро не наступает, особенно в возрасте подростковом. Но надежда на исцеление  есть. И хорошее кино – в этом большой помощник.
Лого letidor.ru

Комментарии