Мир за стеклом: стоит ли ограждать детей от плохой информации?

Мир за стеклом: стоит ли ограждать детей от плохой информации?

Зачем детям знать о голоде, терроризме, страданиях где-то там, на другом конце планеты? Стоит ли отгораживать ребенка от информации об окружающем мире, если эта информация может травмировать?

Евгения Рогачева, мама двоих детей, считает, что ребенку о многом можно рассказать, но сделать это нужно в особой манере:


«Иногда, после очередного просмотра новостей, мне хочется схватить детей в охапку и убежать с ними куда-нибудь на далекий остров, где все будет тихо, мирно, и где дети никогда не столкнутся с тем злом, которое совершается в мире каждый день. Но ведь такого места не существует. И как бы мне ни хотелось оградить детей от этой реальности, от злых людей, опасность все равно всегда будут окружать нас. Все это существует не просто на экране телевизора. Зло, несправедливость и бесконечные человеческие страдания – рядом с нами и никогда не знаешь, когда придется столкнуться с ними лицом к лицу. Дети меньше понимают, потому что они меньше знают. Но от этого чувствуют они даже сильнее и глубже взрослых. Любой контакт с откровенным злом, насилием, очень сильно воздействует на них.


Как вести себя в этой ситуации родителю? От чего и каким образом защищать ребенка? Как говорить с ним на эти темы? Ведь приходится искать ответ на самый главный детский вопрос: «Почему?» Почему эти люди так поступают, почему они страдают или заставляют страдать других? Сегодня наша цивилизация дает родителям «свободу». Отвечайте, что хотите, воспитывайте, как знаете. Хотите прибегайте к религиозному опыту, хотите к атеистическому, можете воспользоваться ответом, который дает любая из философских систем. Одним словом, мы в океане идей и каждый выплывает, как может.


База покоя

В разное время и в разных странах, жизнь сводила меня с семьями, которые практиковали один и тот же подход к вопросу о зле в воспитании детей. Я бы назвала его «информационной блокадой». Суть такова: детей необходимо полностью изолировать от любой информации о зле и страданиях в мире. Пусть они растут в идеальном, добром, свободном от черных пятен свете. Приверженцы этого принципа считают, что это дает детям, во-первых, счастливое и безмятежное детство, а во-вторых некую «базу покоя», опыт добра ничем неомраченного, исходя из которого им потом будет легче строить отношения с внешним миром. Отец одного из таких семейств, с которым я познакомилась много лет назад в Польше, говорил: «Пока мы можем создать для детей такую реальность – мы будем это делать. Зачем им знать о Холокосте, голоде, терроризме и прочем? Мы не хотим, чтобы их детское воображение тревожили образы насилия или страдания. Со временем они все равно с этим столкнутся, но тогда они будут уже взрослыми и воспримут все иначе».


Защита детей.jpg С похожей точкой зрения я встретилась чуть позже в Москве. Мария, мама 11 летней дочери, рассказывала, что впервые на серьезные размышления на эту тему ее навела сказка «Про Красную шапочку». Казалось бы, что за проблема в старой сказке? Но когда моя знакомая читала ее с маленькой дочкой, кроха всегда очень переживала, даже плакала и еще долго вспоминала «ужасные сцены». Конечно, бабушку съели, Шапочку съели, да еще и волка пришлось разрезать, чтобы вышеуказанных персонажей извлечь из его утробы. Понаблюдав еще за ребенком, мама заметила, что грустные сцены даже в детских мультфильмах производят на нее очень сильное впечатление. «Цензура» появилась сама собой. Чтобы не травмировать психику дочери, Мария стала старательно следить за тем, что смотрит девочка, что читает, о чем слышит. Правда круг доступной ребенку информации резко сузился, потому что и сказок без той или иной формы зла почти не найти, да и в мультфильмах то и дело, что-нибудь да попадется такое. Конечно, девочка выросла, пошла в школу. «Но даже сейчас, когда она уже в 5ом классе, – говорила мне Мария, – я все еще стараюсь оградить ее от некоторых фактов, например, исторических. Благо школьная программа по истории у нас сфокусирована на политических моментах: кто, когда и кем правил и какие законы принял. Даже войны – просто набор дат и череда победителей и пораженных. О том, что такое действительность войны и страданий, которые она приносит, у нас в учебниках особенно не распространяются. С историей 20го века, конечно сложнее, но думаю до старших классов нам удастся прожить без всех этих реалий».


Еще один пример – семья, с которой я познакомилась в прошлом году. Екатерина, мама двоих детей, считает, что информационная блокада необходима: «Мы никогда не смотрим новости при детях, стараемся не обсуждать при них взрослых проблем, вроде конфликтов на работе или между родственниками. О чьих-то серьезных болезнях и прочих грустных вещах тоже не разговариваем при них. Зачем ребенку в 5 или 7 лет знать об этом? Разумеется, просмотр телевизора мы тоже, исходя из этих соображений, ограничиваем. Правда, они все равно что-то слышат от друзей, в садике. Но мы стараемся отвлечь детей, чтобы они не задумывались над этим, а лучше вообще забыли. В этом году старший сын идет в школу и мы, конечно, переживаем, как новая среда на него повлияет. Но думаю, еще какое-то время можно будет продолжать действовать также. А потом и он старше станет, будет проще объяснить».


Логика родителей, которые придерживаются такой точки зрения, проста – ребенку не нужна информация о зле. Она бесполезна и вредна, может только травмировать чувствительную психику малыша, а объяснить ему что-то в этом возрасте все равно почти невозможно. Пусть вырастет, станет сильнее психологически, тогда он будет более подготовленным ко встрече с отрицательным в этом мире.


Северная Корея.jpg Я как мама серьезно столкнулась с подобной проблемой весною прошлого года. Мы живем в Южной Корее, и это был как раз период обострения отношений с КНДР. В новостях только и говорили, что о новых угрозах с Севера. Какие только сценарии не рассматривались: Сеул, превращенный в море огня, ядерный удар и тому подобное. Я никогда не пыталась намеренно оградить детей от какой-либо информации. Живя здесь, не знать о Северной Корее невозможно даже детям. Правда, я бы не сказала, что у нас ее очень боятся, скорее игнорируют. Но ситуация весной была уж слишком напряженной. Дома дети, которым тогда было почти 3,5 и почти 5 лет, что-то слышали мельком про все это, но как мне казалось, не обращали особого внимания. Сын, как настоящий мужчина, воспринимал происходящее почти философски. Мол, да, есть вот такая страна, там есть нехорошие люди, которые нам угрожают. Ну, что ж будем защищаться, если что. И вообще он любит повторять в таких случаях: «Так устроен мир!».


Взвешенный подход сына, вероятно, расслабил меня, и я не сразу обратила внимание на то, какое впечатление все это производит на мою маленькую дочь. Пока однажды, забрав ее из садика, не увидела, что она ужасно напугана, чуть не плачет, все время оглядывается по сторонам и спешит скорее дойти до дома. Пока мы не закрыли за собой дверь нашей квартиры, она не успокоилась. Более того, она тут же забилась в детскую комнату и потребовала, чтобы и там закрыли дверь. Оказалось, что в садике кто-то из учителей рассказывал, что вот мол есть в Северной Корее «большой пистолет», и он нацелен на нас и из него в нас хотят стрелять. Не думаю, что она многое поняла в этом рассказе, но видимо все было передано так, что этот разговор, в сочетании с тем, что она уже слышала, стало последней каплей, и дочка действительно перепугалась. Непонимание только усугубило ситуацию. Ведь страх неизвестного хуже всего. Конечно, я ее успокоила, объяснила, как смогла, что ей бояться нечего, что нас защищают, что мама и папа всегда с ней. Полегчало. Правда двери везде она упорно закрывала еще пару недель. Вот в этот момент я и вспомнила, своих знакомых, о которых рассказала выше, и подумала, что, может быть, я просмотрела, что-то очень важное и ребенка нужно действительно ограждать? Признаться, на тот момент я действительно постаралась, чтобы при дочери больше информации и разговоров на эти темы не было, а если что-то проскальзывало, я сразу же, не дожидаясь пока страх снова проснется в ней, объясняла и успокаивала. Напряженность прошла. Прежние беспокойства дочка забыла. Но для себя я сделала несколько выводов из ситуации.


Первое и возможно главное – в современном мире сложнее всего контролировать информацию. Проще защитить ребенка от какой-нибудь эпидемии, чем от того или иного рода информации. Это очень проблематично даже с малышами, не говоря уже о тех, кто ходит в школу и умеет читать. Я искренне понимаю точку зрения родителей, которые пытаются оградить своих детей от той травмы, которую может нанести ребенку знание о зле, и особенно его визуальные образы. Но окружить малыша «железным занавесом», посадить его в информационную «банку», можно лишь ненадолго. С одной стороны, действительно для психологического равновесия вероятно хорошо, когда человека с малолетства не тревожат такие вещи, но с другой подобный вакуум лишает его возможности подготовиться к тому, с чем так или иначе придется столкнуться. Рассуждения, вроде, «когда подрастет, тогда и поговорим» не совсем, на мой взгляд, правильны. Ведь сегодня мы и наши дети находимся в постоянном вихре информации и предсказать, когда и как они столкнутся с тем, от чего их так старательно защищали, невозможно. Рискуем просто не успеть подготовить ребенка, и первый шок нанесет непоправимый ущерб. Хорошо, если это будут просто чьи-то слова, а если видео в телефоне кого-нибудь из товарищей или еще где-нибудь? Зрительные образы, как известно, действуют сильнее и то, на что другие дети и внимания не обратят, для неподготовленного малыша может стать очень серьезной травмой. Незнание в данном случае окажет совершенно обратный эффект, оно в разы усугубит воздействие зла на психику ребенка, именно потому, что он ничего о нем не знает.


Разумеется, в воспитании все очень индивидуально. И самое правильное решение – это то, которое лучше именно для вашего ребенка. Даже мои дети, родные брат и сестра, отреагировали на одну и туже ситуацию совершенно по-разному. У каждого малыша свой уровень восприимчивости. Так что и действовать со всеми одинаково нельзя.


Думаю, что очень важно проводить различие между информацией о зле в принципе и визуальными его образами. От последних нужно защищать детей, причем, как можно дольше. Сцены насилия не должны жить в воображении малыша. О том, насколько они негативно влияют на детскую психику, написаны уже фолианты. Родительский контроль в этом отношении вещь, безусловно, полезная. Что же касается информации о существовании зла и о том, какие формы оно может принимать, то, скорее всего, ее нужно не столько запрещать, сколько разъяснять. Это непростая задача. Причем цель объяснений не в том, чтобы «аннулировать» зло, то есть представить все так, что в конечном счете получится, что его вроде, как и нет вовсе.


Скорее правильнее будет признать существование зла, его реальность и то, что оно присутствует в нашей жизни, а не где-то там за тридевять земель, но при этом совершенно необязательно представлять его проявления во всех красочных подробностях. Достаточно самого факта. А дальше, какой бы способ ответа на вопрос «Почему?», вы ни выбрали в соответствии с вашими взглядами на жизнь, главное, чтобы объяснения родителей дали ребенку чувство безопасности. Ведь это одна из главных родительских функций – быть для малыша надежной опорой в пугающем мире, и давать чувство защищенности. Да, в мире происходят иногда страшные вещи и люди совершают ужасные поступки, но у тебя есть мы – твоя семья, которая тебя любит, всегда будет защищать тебя и никогда не оставит.

Лого letidor.ru

Комментарии