Детские книги прошлого века: вторая жизнь

Детские книги прошлого века: вторая жизнь

Участились случаи, когда современные издатели предлагают в качестве новинок книги пятидесяти а то и столетней давности. Зачем они «отряхивают с них пыль»? Что в них может найти современный читатель?

Книги, которые родители читали нам в детстве навсегда остаются с нами. Когда появляются собственные дети, так хочется передать им то чувство и те впечатления от книг, которые были у вас. Если для осуществления задуманного нужно нам нужно лишь достать коробку со своими детскими книжками и, стряхнув с них пыль, почитать своим детям, то нижеприведенная литература может быть найдена уже только у бабушек или прабабушек. «Летидор» собрал несколько книг, ныне переизданных, которые читали детям более 50 лет назад.

Иллюстрированный Бюффон, или Натуральная история четвероногих, птиц, рыб и некоторых гадов.
(С картинами, рисованными Бенжаменом Рабье) 

bfn011.jpg

Большая и красивая книга, сознательно и последовательно – от витиеватого названия до кремовой бумаги – стилизованная под «старину», на самом деле вовсе  не является «памятником истории», а представляет собой довольно сложно составленный продукт. Граф Бюффон писал свою многотомную «Натуральную историю» в течение сорока лет XVIII века, с 1748 по 1788 годы. В 1913 году избранные статьи из этого колоссального труда были отобраны французским издателем и проиллюстрированы художником-новатором Рабье. Мы сейчас не задумываемся, но именно Рабье первыми научился изображать животных так, чтобы они не выглядели  людьми в звериных масках, а оставались животными – но при этом индивидуальностями с хорошо читаемыми эмоциями. Сто лет спустя «Лабиринт-пресс» сделал выжимку из этой выжимки и поставил перед четырьмя переводчиками задачу: написать русский текст так, как он мог бы быть написан сто лет назад, во время чуковского «Телефона» и «Крокодила», где ведь тоже энергично действуют бегемоты и газели.
Все помнят изречение «Стиль – это человек», но мало кто помнит, что его автор – не один из записных французских остроумцев Просвещения вроде Вольтера или Дидро, а именно он, натуралист Бюффон. Поэтому его прославление кротких ослов и стоических лам, обличение коварных шакалов и «реабилитация» кукушек по-прежнему интересно читать, хотя предложенная автором классификация видов давно изменилась, и нам сейчас очевидно, что многие сведения он почерпнул из не самых достоверных источников. Вот что граф Бюффон, настоящий сын XVIII века, пишет о ламе:  «Для защиты лама не использует ни зубов, ни копыт, ее единственное оружие – презрение, которое она выражает весьма показательным способом, плюя в лицо своему обидчику».

Александр Бенуа. Азбука в картинках. Стихи поэтов серебряного века детям.

image001.jpg

Еще одна роскошная книга-альбом «под старину», которой на самом деле никогда не было. Точнее, была — но по частям. «Азбука» Александра Бенуа, вышедшая впервые в 1904 году – признанный шедевр книжной графики, один из первых открытых манифестов «мирискусников», в котором буквы русской азбуки служили лишь предлогом для сложных многофигурных фантазий на тему рококо. В новейшее время, когда снова всерьез можно говорить о боннах, гувернантках и соответствующем укладе детской жизни, этот альбом многократно переиздавался. Но в данном издании оригинальные графические листы Бенуа сопровождаются перекликающимися с ними тематически стихотворениями (целиком и в фрагментах) поэтов Серебряного века – Мандельштама, Блока, Бальмонта, Цветаевой, Гумилева, Блока, Анненского. То есть если Бенуа иллюстрирует букву «П» словом «попугай», то на соседней станице напечатано стихотворение Гумилева «Я попугай с антильских островов, Но я живу в квадратной келье мага...». Трудно сказать, как отнесся бы сам утонченный художник к такому произволу и стилевой чересполосице (тем более что стихи набраны в современной орфографии, а сама азбука, естественно, соответствует старой орфографии), но получилось эффектно. А главное — на вырост: полюбовавшись на картинки, ребенок может на несколько лет отставить эту книгу и снова вернутся к ней, когда дорастет до совсем не детских стихов.

Архив Мурзилки. История страны глазами детского журнала. Том 1. 1924-1954

6086398_m.jpgВ отличие от всех вышеперечисленных изданий, этот фолиант и не притворяется детской книгой. Собрание лучших материалов главного детского журнала страны, побившего рекорд непрерывного издания среди иллюстрированных детских журналов и, как это ни странно, существующего до сих пор – это в первую очередь ценный источник информации для художников, потому что в его оформлении принимали участие многие знаменитые художники, а также для историков литературы и быта Советского Союза — потому что в нем, естественно, отражались  идеализированные, «модельные» представления о том, какой должна быть советская семья и чем должны заниматься советские дети: клеить модели самолетов, ходить в походы и, главное, быть бдительными. Продолжение следует, и, вероятно, в следующую эпоху ценности «Мурзилки» тоже окажутся несколько иными. Потому что детские книги отражают их даже более выпукло, чем взрослые.

Джон Лангстафф, Федор Рожанковский. Лягушонок женится.

Джон Лангстафф, Федор Рожанковский. Луговая считалочка.

0d35c13f3014fd0f502c2c76287e47e8.jpgВ отличие от двух предыдущих, эти две книги печатаются в том виде, в каком они были изначально созданы в 1930-е годы автором и художником, только в переводе на русский язык. Впрочем, авторство американского оперного певца и импресарио Лангстаффа здесь несколько условно: он взял хорошо известные с давних пор английские народные песенки (песенка про лягушонка известна с XVI века!) и просто немного «причесал» их. Зато иллюстрации Федора Рожанковского совершенно оригинальны и уникальны — как и судьба их создателя. Белый офицер, в тридцать лет оказавшийся во Франции, он вместо того, чтобы становится таксистом, сумел стать одним из известнейших французских иллюстраторов. Можно сказать, что он продолжил тенденцию Рабье — придавать анатомически вполне достоверным животным человеческие эмоции и индивидуальность. Блоха в балетной пачке, танцующая на лугу, демонстрирует мускулистые ноги блохи — и в то же время это ноги балерины, а лягушонок, вскакивающий на коня, чтобы ехать свататься к мышке, остается лягушонком — но в то же время это взволнованный жених. Не удивительно, что книга про лягушонка принесла Рожанковскому золотую медаль Кальдекотта – самую престижную награду в области детской иллюстрации. Кстати, русский читатель может сравнить «Лягушонка» Лангстаффа — Рожанковского в переводе известного писательского дуэта арии Галиной и Аркадия Штыпеля с другой книгой на тот же сюжет – «Все кувырком». Только в ней используется другая, куда более грустная версия этой песенки, озаглавленная «Пошел лягушонок невесту искать», в переводе Григория Кружкова и, главное, с по-викториански уютными иллюстрациями самого Кальдекотта.

Лого letidor.ru

Комментарии