Играем в сказки

Играем в сказки

Кто сказал, что игра в сказки заканчивается вместе с ранним детством? Я прекрасно помню, как и, будучи подростками, мы играли в «Карлсона». После отбоя в трудовом лагере наша дружная компания не придумала развлечения лучше, чем шариковой ручкой нарисовать на простынях лица привидений и отправиться под окна соседнего корпуса пугать ребят из параллельного класса. Я вспоминаю тот летний день из своей школьной жизни, потому что мой сын как раз вошел в возраст, когда сюжеты из книг стали жить в его повседневных играх.

Кто сказал, что игра в сказки заканчивается вместе с ранним детством? Я прекрасно помню, как и, будучи подростками, мы играли в «Карлсона». После отбоя в трудовом лагере наша дружная компания не придумала развлечения лучше, чем шариковой ручкой нарисовать на простынях лица привидений и отправиться под окна соседнего корпуса пугать ребят из параллельного класса. По приезду домой мы, конечно, выслушали немало воспитательных слов от мам за испорченные простыни, но как же в ту ночь было весело! Мы убегали от проснувшихся друзей прямо по крапиве, стягивали простыни на бегу и хохотали.


Я вспоминаю тот летний день из своей школьной жизни, потому что мой сын как раз вошел в возраст, когда сюжеты из книг стали жить в его повседневных играх. И это он накидывает сейчас простынку на голову и говорит: «Я привидееение, дикое, но симпатишное». Четырехлетний Марик пока не догадывается нарисовать рожицу на простыне. Но чует мое сердце: дойдет и до этого.


Когда фантазия на исходе и уже не хочется по десятому кругу играть в доктора, магазин и детский сад, я обращаю свое внимание на полки с яркими рядами детских книг. Вот уж где таится по-настоящему неиссякаемый источник вдохновения и сюжетов для игр с детьми.



Откроем книгу


Этой весной мы записали Марика в библиотеку и увидели на стеллажах столько книг из собственного детства, о которых мы уже и подзабыли, увлекшись новинками, чаще всего зарубежными, которыми радуют нас современные издательства. Библиотечный «Цветик-семицветик» Катаева мы продляли трижды, пока, наконец, интерес к этому рассказу не стал у моего сына умеренным. Маленький принц просил нарисовать ему барашка, а Марик однажды обратился ко мне с просьбой:


– Нарисуй мне цветик-семицветик, пожалуйста.


Я нарисовала. Марик раскрасил цветок, затем мы его вырезали, и после этого сама собой напрашивалась игра в одноименную сказку. Мы адаптировали сюжет под свои реалии: вместо катаевской девочки Жени главным героем стал мальчик Марик, но в остальном сценарий был соблюден. С каким восторгом сын отрывал лепесток за лепестком, подбрасывал их в воздух, выкрикивал «Лети-лети лепесток!..», спасался от медведей с Северного полюса и игрушек, обрушившихся на него разноцветной волной, и велел, чтобы хороший мальчик Витя стал здоров. Эта игра создала эффект волшебства в привычной квартире – сказки, пришедшей в наш дом.


Это был не первый опыт оживления сказки. Еще когда сын научился разговаривать предложениями, мы начали играть в «Телефон» Чуковского. В этом стихотворении много ролей и мы этим пользовались: в поездке, поликлинике или на прогулке рассказывали «Телефон» на разные голоса. Или Марик забирался в домик на детской площадке, который сразу превращался в Теремок. Мы, родители, играли роль рассказчиков, а Марик озвучивал персонажей от мышки-норушки до медведя.


В обычной домашней обстановке без труда можно найти героев русских народных сказок – в ход идут мягкие и резиновые игрушки, фигурки из киндер-сюрпризов, даже вырезки из журналов. Для детей не так важна эстетическая совершенность образов – их не смутит, если медведь будет по размеру меньше зайца. Значение имеет само наличие персонажей, которых можно держать в руке, водить, кормить, укладывать спать.


Хорошее подспорье для представлений – наборы для кукольного театра. Пальчиковые игрушки или куклы, что надеваются на руку. А также картонный кукольный театр с декорациями к сказкам – моделью бревенчатой избы, столовой трех медведей, печкой, в которую можно посадить еду. Получается два занятия в одном – сюжетно-ролевая игра по сказке и конструктор, над которым нужно потрудиться.



Героев  - в жизнь


Игры с малышом, который еще не владеет большим словарным запасом, но уже любит читать, не обязательно предполагают театрализованное действо. В раннем возрасте можно воспользоваться тем, что дети любят делать: рисовать, клеить аппликации, лепить любимых героев. Мы так слепили из пластилина персонажей книг Арнольда Лобела Квака и Жаба. Второстепенных героев в этих историях практически нет, поэтому оставалось лишь внедрить Квака и Жаба в простые декорации вроде леса, домика или снежной горы, и игра была готова.


Игра в литературные произведения активизирует фантазию ребенка. И вот уже в следующий раз не родитель становится режиссером, а сам ребенок придумывает новые повороты сюжета с полюбившимися героями сказок. Так, когда Марик увлекся насекомыми и мы подарили ему набор пластиковых пчел, жуков и стрекоз, он тут же придумал игру в «Муху-Цокотуху», ведь теперь все персонажи знакомой сказки были у него перед глазами. А после прочтения «Баллады о маленьком буксире» Бродского, папа Марика передал ему по наследству еще свой старый деревянный конструктор для строительства кораблей, и сын развивал корабельную тему.




Примеры для подражаний


Воображение разыгрывается, как только для этого создается благодатная почва. Так после прочтения «Доктора Айболита» ребенок начинает играть в поликлинику, куда приходит лиса, которую укусила оса, и барбос, кого курица клюнула в нос. Айболитом выступает, конечно же, сам ребенок. В этом еще одна прелесть игры в сказку – в процессе дети проявляют свое отношение к героям. Положительное – к добрым, отрицательное – к плохим. Заметно, как они наделяют персонажей качествами, которые улавливают еще при чтении. И Бармалей у них разговаривает низким голосом, и детские брови сдвигаются так же, как у злого разбойника на картинке в книге. А Айболит всегда улыбается, ко всем добр и заботлив. Увлекшись книгой, а особенно героем, ребенок отождествляет себя с ним, на какое-то время может начать носить его имя и просить родителей тоже побыть персонажами. Это все совершенно нормальные явления, так проявляет себя полет детской фантазии.


Мальчишки читают «Детей капитала Гранта» и на импровизированных кораблях, сколоченных из старых досок, пересекают моря и океаны, плывут к неизведанным землям, чтобы найти капитана, чья просьба о помощи была обнаружена в бутылке внутри рыбы-молота. Дети всего мира влюбляются в бесстрашную, добрую и не желающую взрослеть Пеппи Длинныйчулок и воображают, что именно они живут на вилле «Курица», покупают сто кило леденцов для детей и умеют носить на руках лошадь. А для читателей, полюбивших «Хроники Нарнии», любой платяной шкаф будет представляться дверью в таинственную страну, которую нужно освободить от власти Белой Колдуньи.




Отражения в реальности


Часто в детских книгах можно почерпнуть идеи для повседневных ритуалов. Нам, например, понравилась традиция укладывания, которую предлагает папа зайчику Карлхену в книге «Карлхен, папа, мама и бабушка Никкель». Непоседа Карлхен, как и большинство детей, не любит укладываться спать, тогда его папа достает из кармана свисток и объявляет посадку на тапочковый поезд. Малыш Карлхен становится на папины ноги и, «чух-чух, чух-чух», вдвоем они объезжают комнаты, которые на время игры превращаются в станции Морковьбург (мама дает зайчику погрызть морковку перед сном), Мойбург (малыш чистит зубы) и, наконец, Спибург (Карлхен прыгает в кровать и желает всем спокойной ночи). Казалось бы, всего пять минут игры, а ассоциации с укладыванием остаются самые приятные и веселые.



Или интересна серия книг про бобра Кастора, в которых главный герой учит маленьких читателей печь пирог, столярничать, шить или выращивать фасоль. Какой любопытный ребенок удержится от того, чтобы попробовать то, что так хорошо получается у Кастора. Вот оно – бескрайнее поле для совместных дел детей и родителей, подкрепленное иллюстрациями из книги. Как это приятно – испечь точно такой же пирог, как у Кастора на картинке. Или вместе покрасить шкафчик, научившись при этом смешивать цвета.


Вне информационного пространства дети не смогут догадаться, как нужно играть в сюжетно-ролевые игры.


Лучшие подсказчики – это, конечно, родители, но и книги приходят на помощь, например, тематические энциклопедии. После прочтения энциклопедии «Пожарная команда» мой сын увлекся темой огня и пожаров, и проигрывал прочитанный сюжет о том, как из-за забытой на столе свечки начался пожар и как его тушили. В данном случае хороша и образовательная часть игры: на примере из книги ребенок узнает, как нужно быть осторожным с огнем.


Недавно в детском саду Марик участвовал в своем первом спектакле – их младшая группа ставила «Сказку о глупом мышонке» Маршака. Роль у сына была короткой, но сами приготовления – то, как мы мастерили ему костюм, репетиции в садике и разговоры на тему спектакля были долгоиграющей темой в нашей семье. Чтобы немного подбодрить мальчика, стесняющегося выступать, мы играли в «Сказку о глупом мышонке» и дома.



Мечтаем о будущем


В первые теплые дни весны мой сын мечтает о том, что летом он будет собирать землянику на даче, прямо как в рассказе «Дудочка и кувшинчик» с присказкой «одну ягодку беру, на другую смотрю, третью замечаю, а четвертая мерещится». Пока Марик тренируется на пластилиновых ягодах. А я думаю: еще несколько лет, и мы будем с ним не только инсценировать сказки, но и играть в литературные игры. Я скажу: «Старик», Марик ответит: «Хоттабыч». Он назовет: «Железный», я продолжу: «Дровосек». Мы будем составлять кроссворды на тему любимых книг, перечислять литературных персонажей на манер игры в города и продолжать друг за другом известные фразы из произведений. К тому времени цепочка из прочитанных нами книг станет еще длиннее. И я очень надеюсь, что конца этой цепочке не будет никогда.



Читайте также:
Игры-смешинки
Страна фантазёров
Развиваем артистизм
Тренируем творческое мышление
Своя сказка: как перестать читать чужие
Игры на пальцах: пособие для юных хакеров


Лого letidor.ru

Комментарии