Фонд Poverim.ru: "Самое сложное – это безразличие других людей"

Фонд Poverim.ru: "Самое сложное – это безразличие других людей"

Основная проблема благотворительности в России – недоверие. Один небольшой благотворительный фонд так и называется – «Поверим». На его сайте сформулировано четко и ясно: «Наша задача – преодолеть барьер недоверия. Мы просим вас поверить в то, что этим детям действительно нужна помощь! Мы просим вас поверить в то, что мы действительно можем им помочь!». Я взяла интервью у трех прекрасных девушек – Айгуль Клячиной, Ани Цветковой и Марины Смуток, силами которых существует этот фонд, и попыталась узнать, как они добиваются поставленной задачи.

Сегодня утром, когда я возвращалась с детьми с прогулки, мой взгляд на секунду задержался на доске объявлений у подъезда. На ней были приклеены неожиданно большие листки с черно-белыми фотографиями веселых детских лиц, и тут же призыв о помощи тяжело больным детям. Я поймала себя на мысли: это реальные дети или обман мошенников?


Основная проблема благотворительности в России – недоверие. Один небольшой благотворительный фонд так и называется – «Поверим». На его сайте сформулировано четко и ясно: «Наша задача – преодолеть барьер недоверия. Мы просим вас поверить в то, что этим детям действительно нужна помощь! Мы просим вас поверить в то, что мы действительно можем им помочь!»


Я взяла интервью у трех прекрасных девушек – Айгуль Клячиной (на фото), Ани Цветковой и Марины Смуток, силами которых существует этот фонд, и попыталась узнать, как они добиваются поставленной задачи.


- Как вообще получилось, что вы стали заниматься благотворительностью? Аня закончила иняз и факультет журналистики МГУ, Айгуль работала корреспондентом на телеканале РБК, Марина – успешный адвокат; в какой момент вы «свернули» с проторенной тропинки, на которой человек думает только о личной выгоде и карьере?


Аня Цветкова: Ошибочно считать, что люди, занимающиеся благотворительностью, отказывают в чем-то себе. Человек так устроен, что всегда, в любой ситуации, спасает себя. Даже когда он жертвует чем-то ради других, даже когда тащит бездомного котенка в дом или переводит бабушку через дорогу, он таким образом помогает, прежде всего, себе - быть более хорошим, значимым, полезным, избавиться от каких-то страхов или комплексов. Это объяснимо и с точки зрения психологии, и с точки зрения религии. Поэтому для меня благотворительность - скорее естественное занятие, чем отклонение от нормы.


Айгуль Клячина: Наверное, каждому приходят на почту десятки писем с просьбой о помощи. До рождения дочери Саши я отправляла их в спам. А в этот раз не смогла – с фотографии на меня смотрела малышка, безумно похожая на дочку, и звали ее тоже Саша. Я прошла по ссылке, зашла на форум и увидела, что волонтеры ищут оператора для съемки ролика. Есть оператор – сестренка мужа! Мы съездили, сняли ролик. После его просмотра у людей поменялось отношение к маме: люди своими глазами увидели, что она - не мошенница, собирающая себе в карман, а героиня, одна поднимающая своего ребенка. А через неделю мы поехали снимать следующего малыша.


- На странице фонда, посвященной его команде, сразу привлекают фотографии вас и ваших коллег – такие молодые, красивые, одухотворенные лица, одно удовольствие смотреть. Как вы познакомились, как пришли в эту сферу, как вы делите обязанности?


Аня Цветкова: В декабре 2010 года мне позвонила Айгуль Клячина и сказала: «Значит так, у меня завтра день рождения, и мы с тобой поедем снимать ролик про слепого мальчика Мишу в помосковное Лыткарино». Я сказала: «Хорошо, заезжай за мной после работы». Это был единственный раз за те 6 лет, что мы знакомы, когда я ее видела в день рождения. Обычно она его не отмечает.


Мы поехали в Лыткарино, сняли ролик, потом полночи его монтировали, потом еще две недели перемонтировали, потом разместили в интернете, и он собрал нам нужную сумму денег. И Миша из подмосковного Лыткарино поехал в Гонконг. Это, надо признать, страшно захватывает. Потому что я могла бы просто пойти на вечеринку к Айгуль и выпивать там до 2х часов ночи, а тут какое-то приключение, а потом кому-то от этого польза. Ну здорово же?


А еще какое-то время спустя мне опять позвонила Айгуль и говорит: «Значит так, мы с Антоном (это ее муж) сейчас сделаем фонд, пришли нам свои паспортные данные, будешь со-учредителем». Я подумала: «Ну надо же» - и выслала. С тех пор там и прижилась.


Марина Смуток: Мыслей стать настоящим волонтером в фонде не было, поскольку казалось, что в фонд можно попасть либо по знакомству, либо с определенным образованием, в общем, что-то всегда останавливало. И однажды я узнала о болезни дочери однокурсницы, речь шла почти о 100 тыс. евро для спасения детской жизни. В социальных сетях и на форумах я чувствовала себя вполне уверенно, и решила создать несколько тем о больном ребенке. Неожиданно за пару месяцев мы полностью собрали всю сумму для лечения девочки…


На волне успеха приходило много сообщений с просьбой помочь в сборе средств для лечения для других больных малышей, отказать мамам этих детей совесть не позволяла. В итоге один сбор «цеплялся» за другой. Кроме того, при моем первом сборе средств для дочки однокурсницы я познакомилась с Айгуль – она снимала ролик, который мы затем размещали в темах ребенка на форумах. И вот именно Айгуль предложила присоединиться к молодому фонду «Поверим.ру» и делать то, чем я занималась на тот момент, немного на другом уровне, с поддержкой фонда. Вот так я осталась в благотворительности, и закончить заниматься помощью другим уже невозможно: это стало такой же частью моей жизни, как семья, работа, отдых с друзьями, хобби.


- Как родилась специфика фонда - то, что вы помогаете тяжело-больным детям? Как вы придумываете акции?


Аня Цветкова: Специфика родилась из первой акции для Саши Гавриловой. У нее тяжелое заболевание — эпилепсия. А потом нам надо было что-то записать в уставных документах, и мы записали, что будем помогать «детям с эпилепсией и другими тяжелыми заболеваниями». Акции мы не придумываем — просто хватаемся за любую доступную нам возможность как-то насобирать денег.


Айгуль Клячина: Мы решили, что вокруг нас много друзей, коллег, которых можно как-то привлечь в наш проект: кто-то может помочь материально, у кого-то есть возможность сделать баннеры, снять ролик, помочь с сайтом, бухгалтерией, ведением документации. Так и создалась команда. Акции – это возможность наконец-то встретиться со своими друзьями не в он-лайн режиме, а реально, оторваться от работы и сделать всем вместе хорошее благое дело.


Марина Смуток: Вообще довольно часто (лично со мной) происходит такая ситуация, когда люди хотят помочь в развитии фонда, просят рассказать им о нас. Я рассказываю, стараюсь втянуть в процесс, но человек сдается, и не может заниматься всем тем, что делаем мы. И это абсолютно нормально – так сложилась, что наша команда стрессоустойчива, мы понимаем друг друга с полуслова, знаем, что нужно делать в той или иной ситуации. Человеку со стороны, если он не инициативен, сложно понять нас, наверное. Так что самое главное, на мой взгляд, в этом деле – именно инициатива. Нужно думать креативно, мыслить не шаблонно, постоянно держать в голове идеи и придумывать что-то новое. Вот именно так мы и делаем акции – кому-то пришла мысль в голову, кто-то решил ее реализовать. Дружно всем коллективом начинаем работать над претворением этой идеи в жизнь. Как итог – проведенная акция и мысли в голове о том, что нужно делать что-то еще дальше. Нельзя стоять на месте…


- Работа в фонде Поверим.ру – это полноценная работа фулл-тайм, или проект, надо которым вы работаете в свободное время?


Айгуль Клячина: У меня двое маленьких детей и проекту я отдаю все свободное время, которого остается совсем немного - около 2 часов в день.


Аня Цветкова: Я, так же как и все волонтеры нашего фонда, занимаюсь благотворительностью параллельно с основной работой.


Марина Смуток: Я совмещаю основную работу с деятельностью в благотворительном мире: одна работа для получения заработка, а другая для души. На мой взгляд, это хороший вариант, поскольку я не жду, что когда-нибудь благотворительность каким-то образом будет приносить доход, и подхожу к делу исключительно с точки зрения моей личной полезности в таком деле как помощь другим.


- Что самое сложное в работе такого фонда? И что дает силы заниматься этим дальше?


Марина Смуток: На мой взгляд самое сложное – это безразличие других людей.


Была у нас одна ситуация: мы написали статью для СМИ о ребенке, на которого вели в тот момент сбор, и получили предложение оплатить публикацию этой статьи. Это наша обычная практика – мы пишем статью, посылаем ее в региональную газету с просьбой опубликовать, таким образом, о ребенке узнает большее количество людей, и идут пожертвования. Мы уже привыкли к тому, что из 10 СМИ, куда мы пишем просьбу, откликается в лучшем случае одно издание. В тот же раз мы получили письмо с вопросом о том, почему фонд не платит газете за размещение статьи. Как к этому относиться? С одной стороны, было не приятно, ведь мы просили лишь о помощи больному ребенку. А с другой стороны, что еще можно ожидать в мире, где все измеряется деньгами?


Нам сложно добиться признания, у нас нет звездных соучредителей и попечителей, мы с нуля ищем спонсоров и стараемся поднять наш фонд своими силами. И равнодушие со стороны других людей, конечно, расстраивает, но в то же время закаляет.


Наверное, характер у нас у всех такой, что мы не умеем сдаваться. Даже если у нас вдруг не получается полностью собрать необходимую сумму, мы осознаем, что даже то, что нам удалось собрать, имеет огромное значение для родителей больного ребенка. Особенно если учесть, что часто мамы пытаются лечить своих детей в одиночку, без пап… Поможешь одному ребенку, и потом всю неделю думаешь о том, что для кого-то ты сделал добро. Просто так, не ожидая чего-либо в ответ. И этот кто-то улыбнулся и был счастлив хотя бы недолго. Вот ради этого и стоит заниматься благотворительностью!


Айгуль Клячина: Самое сложное – это читать просьбы о помощи и понимать, что мы не можем, к сожалению, помочь всем малышам. Каждый завершенный сбор дает нам импульс для нового. Главное – начать. Мир гораздо добрее, чем нам казалось раньше, просто нужно достучаться до людей и предоставить им возможность подарить детям частичку своей доброты.


- На вашем сайте вы ищете волонтеров, готовых помогать в самых разных сферах. Много ли людей откликается? Волонтерство – важная составляющая гражданского общества в западном мире, а в России, мне кажется, оно только начинает зарождаться. Кто же эти люди, которые готовы помогать благотворительному фонду?


Айгуль Клячина: В первую очередь откликаются, конечно, наши друзья, а с каждой новой акцией круг наших друзей расширяется. Благотворительность объединяет людей.


Аня Цветкова: Прямо скажем, очередь на волонтерство к нам не стоит. Вся наша команда — искусно завербованные родственники, друзья и знакомые. Но вот недавно звонит мне моя бывшая коллега Лена Гудилина и говорит: «Аня, возьмите меня к себе, хочу вам помогать». А у нас, честно говоря, ситуация сейчас трудная. Сборы плохо идут, я работаю очень много, Айгуль только родила, теперь с двумя детьми сидит. И мы как-то совсем уж приуныли, тянем из последних сил. И тут вот в этот самый момент объявляется Лена и как давай нам помогать. Так бодро взялась за всякие висяки, что и мы как-то приободрились и дальше идем совсем в другом темпе.


И, знаешь, так всегда происходит. В критические моменты всегда откуда-то приходит помощь — либо в виде идеи, либо в виде человека. В конце прошлого года, например, нам не хватало денег закрыть сбор, так Марина в подмосковной маршрутке умудрилась познакомиться с организатором шоу «Viva la salsa!» - и они всю прибыль нам перечислили.


Так что главное -- не бросать начатое. А остальное приложится.



Читайте также:
Елена Петрова: "Если вы хотите бороться за жизнь, мы вам поможем"
Дарья Макарова: "Нельзя ждать, что кто-то решит твои проблемы за тебя"


Лого letidor.ru

Комментарии